Мне все это также было не по вкусу — чувствовалось, что вокруг нас закипает злоба и ненависть, но Спринг как ни в чем не бывало захлопнул ящик с пистолетами, передал его Гезо и повернулся к нам.
— Мистер Кинни, — сказал он, — переговоры закончены. Забирайте этих шестерых женщин, мы уходим.
Затем он коснулся своей шляпы, кивнув Гезо, который гордо восседал на стуле в обнимку с ящиком и выглядел чертовски довольным. Наши парни повернулись лицом к толпе, которая придвинулась ближе к линии оцепления амазонок. Дело начинало казаться скверным, но Спринг уже двинулся вперед, по-бульдожьи сжав челюсти, амазонки послушно отступили, чтобы дать ему пройти, а мы последовали за ним, уводя шестерых чернокожих красоток. Двое из этих девчонок секунду колебались, но амазонки, стоящие за троном Гезо, прикрикнули на них, и обе скромницы, обреченно опустив головы, пошли с нами.
Клянусь Юпитером, эти минуты, пока мы преодолели расстояние от помоста до ворот, тянулись мучительно долго! Нам пришлось пройти между двух стен этих черных фурий, лица которых горели злобой на нас за продажу их подруг, а за ними протестующе ревела толпа. Но у этих женщин-воинов была железная дисциплина: как король сказал, так и будет. Конечно, если бы толпа бросилась на Гезо, я на него и пенса бы не поставил, но в этой дыре не нашлось никого, кто бы отважился ему противоречить.
Мы двигались чертовски быстро, пока не достигли частокола — плотно сбившаяся кучка мужчин, ощетинившаяся карабинами, в середине которой шли женщины. Спринг первым подошел к воротам, остановился и начал поторапливать остальных. Я остановился рядом. Капитан закусил губу, на лице его читался испуг, которого ранее я не замечал.
— Пошевеливайтесь, ч-рт вас побери! — шикнул он. — Этот прок…тый Гезо затянул все дело, а чер…вы женщины… Я и не думал, что они поднимут такой шум вокруг обычной сделки. Полный вперед, мистер Кинни, и хорошенько следите за этими шестью шлюхами, слышите меня? — Затем он обернулся ко мне: — Пошли!
— Подождите! — вырвалось у меня, поверьте, скорее инстинктивно. Я вовсе не собирался задерживаться, тем более что сзади напирала разъяренная толпа, однако я заметил, что этот маленький хорек — наш юнга — куда-то пропал. — Куда, ко всем ч…тям, он мог подеваться?
— Там где-нибудь! — бросил Спринг через плечо — Наверное, одурел от негритянского пива. Да и Гезо хотел оставить его себе. Он давно мечтал завести белого раба. Ч-рт побери, идемте же, или вы хотите проторчать здесь весь день?
Меня трудно чем-либо удивить, но тут я был поражен настолько, что на какой-то миг буквально застыл на месте. Но какое мне дело до того, что Спринг решил продать своего юнгу черномазому королю? В следующее мгновение я был уже почти под покровом джунглей, опередив капитана на целый ярд, и мы бросились бежать следом за остальными. Тут же тащили и амазонок, одна из которых вдруг принялась вопить. Звуки негритянской деревушки уже потонули в зеленой массе зарослей, мы спешили поскорее унести ноги. Но долго бегать в этом климате невозможно, и вскоре нам пришлось перейти на шаг.