— Понимаю, — сухо сказал Ричард. Его лицо вновь приобрело то замкнутое выражение, которое Одри наблюдала уже неоднократно за время их недолгого знакомства. Он отвел взгляд от Одри и с нарочитым безразличием уставился в стену. — Итак, когда же ты уезжаешь?
— Пока не знаю. Я же сказала, что еще ничего окончательно не решила. Во всяком случае, если я и уеду, то только после того, как Тедди подпишет все бумаги.
Ричард оторвался от созерцания стены и снова сфокусировал свой взгляд на Одри. Увидев, что она морщится и пытается поудобнее усесться в кресле, он взял с дивана еще одну подушку. Когда он наклонился, чтобы подложить ее под спину Одри, она вновь уловила знакомый аромат его одеколона, и это отозвалось болью в ее измученном сердце — ведь это была их последняя встреча. Скоро они вновь станут лишь сухо раскланиваться, сталкиваясь в коридорах «Лондон Юнион».
— Что за бумаги? — спросил Ричард, вновь усаживаясь на свое место.
— Это и есть моя вторая новость. Мне больше никто не угрожает. Последняя просьба — познакомь меня с кем-нибудь из твоих однокурсников, которые имеют адвокатскую практику. Надо составить кое-какие бумаги. А тебя я попрошу проследить, чтобы они были подписаны.
— Подожди, я ничего не понимаю. Объясни, о каких бумагах идет речь?
— Вчера вечером ко мне приходил Тедди.
— Что ему было нужно?! — воскликнул Ричард, и в его глазах вспыхнула плохо скрываемая ярость.
— А ты как думаешь? Он хотел отделаться от отцовства.
— У него ничего не выйдет, Одри, не волнуйся.
— Я больше не волнуюсь об этом. Я сказала ему, что не имею к нему претензий.
Ричард едва не подскочил.
— Что?!
— Ричард, Тедди наотрез отказывается признать, что ребенок от него. Он позволил себе грубые намеки на мою возможную неверность. — Увидев, как изменилось лицо Ричарда при этих словах, Одри моментально поверила в то, что он мог ударить или даже избить Тедди. — Но для тебя это не новость, не так ли? Тебе Тедди говорил обо мне то же самое?
— Мистер Уильямс соблаговолил нанести мне вчера визит, — сухо сказал Ричард. — Позволь мне не пересказывать тебе подробности нашей беседы.
Деликатность Ричарда тронула Одри.
— Не беспокойся, Ричард, Тедди больше не сможет причинить мне боль. Я никогда не любила его. Я пыталась полюбить, потому что была ему нужна — так я, во всяком случае, думала. — Она грустно улыбнулась. — Я никогда не любила его на самом деле, но поняла это только сейчас. Я заключила с ним сделку: он отказывается от всех прав на ребенка, а я взамен отказываюсь от каких-либо претензий к нему. Таким образом, я навсегда изгоняю его из своей жизни.