Как уважаемый член семьи, Элис без труда получила бокал с шипучим напитком. Она тактично унесла его из бара, села на тюк прессованного сена и понюхала пахнущий травой воздух.
— Великолепно, не правда ли? — тихо произнес рядом с ней мужской голос.
Элис подпрыгнула, затем прищурилась, разглядывая человека, который только что произнес эти слова. Было трудно рассмотреть, как он выглядит, поскольку за его головой садилось солнце. Однако она смогла различить широкие мускулистые плечи, длинные темные волосы, широкую улыбку и белоснежные зубы.
Когда мужчина повернул голову, солнце осветило его под другим углом. Элис увидела лицо прямо с картин Боттичелли: прямой нос, пухлые губы, резко очерченные скулы.
— Привет, — с трудом выдавила Элис из внезапно пересохшего горла.
У мужчины были зеленые глаза, густые черные ресницы, пронзительный взгляд. Элис почувствовала, что луч, испускаемый этими глазами, пронзает ее насквозь.
— Привет.
Он был одет в коричневый костюм в тонкую полоску с широкими лацканами. Этот костюм великолепно гармонировал с его распущенными волосами. Элис подумала, что мужчина выглядит словно рок-звезда или манекенщик с рекламного щита на Пятой авеню. Казалось маловероятным, что у раздражительной и резкой Салли есть друзья в модельном бизнесе. Но все может быть.
— Версаче? — Элис кивнула на костюм. Она плохо знала модельеров, но все равно хотела попытаться отгадать.
— «Скоуп». — Он улыбнулся.
— Скоуп? — Несомненно, это какой-то новый английский модельер.
— Магазин секонд-хэнд. Им владеет Центр оказания благотворительной помощи инвалидам.
Элис покраснела, чувствуя себя глупо.
Мужчина протянул большую коричневую руку.
— Кстати, меня зовут Джейк. — Он сосредоточенно осматривал ее. Его глаза словно плясали по ней.
— Меня зовут… м-м-м… Элис.
— И чем ты занимаешься… Элис? — Он произнес ее имя так, что создавалось впечатление, будто его язык погладил букву «л», и в это мгновение женщина увидела его красный кончик.
Она оторвала взгляд.
— Я работаю юрисконсультом в компании, издающей глянцевые журналы.
— А что это значит?
Элис не была уверена, что это вообще что-то значит. По крайней мере, для нее это имело еще меньшее значение. Она с неохотой объяснила.
Мужчина потер подбородок указательным пальцем.
— То есть ты следишь, чтобы какая-то знаменитость не получила денег из-за того, что кто-то из «Интеркорпа» выставил на всеобщее обозрение его пенис?
— В общем и целом — да.
— И ты убиваешь себя, чтобы спасти какую-нибудь выпендривающуюся журналистку, которая не утруждается проверить то, что пишет?