В пышной кроне дерева, что росло у задней двери, чирикала птичка. Нелл прогулялась к пляжу по усыпанной битыми ракушками тропе. Море, как это часто бывает на рассвете, лежало неподвижно, напоминая скорее желе, чем жидкость. Выскользнув из ночной сорочки, Нелл нырнула, хотя ей казалось, что упругая, загустевшая вода не примет ее целиком. Разумеется, ее опасения не подтвердились, и Нелл сразу же нашла верный ритм: тело ровно скользило вперед, все маневры подчинялись бедрам, плечи были расслаблены, мягкие гребки в начале и ускорение в конце, самое же важное — ощущение воды, как гласила мантра ее тренера из колледжа. Это «ощущение воды» было у Нелл врожденным; оно-то и привело ее на уроки плавания. А ощущать здешнюю воду было приятнее всего. Нелл проплыла вокруг Отмели Попугайчиков.
К тому времени как она выбралась обратно на берег, поднялся легкий ветерок, словно ее движения потревожили спящий воздух. Солнце, взошедшее не более десяти дюймов над горизонтом, уже пригревало. Нелл прошлась к пирсу на южной оконечности пляжа, включила шланг и, подняв его над головой, смыла в себя соль, освежилась перед встречей прекрасного утра. Дело в том, что раньше, когда она еще участвовала в соревнованиях, Нелл, несмотря на любовь к воде и похвалы тренеров, никогда не умела развивать нужную скорость. Да, порой она приходила первой, но чемпионкой так и не стала. А вот Джонни… Нелл вспомнила, как барахталась на плаву, пока он мчал мимо по соседней дорожке. Он качал ее на воде. В голове всплыли крупицы ночного кошмара; волнение, уже якобы смытое прочь, вернулось. Выключив шланг, Нелл побрела к тому месту, где бросила ночную сорочку, и тут вдруг услышала в небе отдаленный гул.
С запада летел самолет — точнее, гидроплан, поплавок которого ярко сиял на солнце. Крылья качнулись, и гидроплан начал опускаться по длинной кривой дуге. Нелл поспешила одеться. Крылатая машина с громким всплеском плюхнула о воду и причалила к пирсу, выпуская серебристую волну. На хвосте красовалась надпись: «ДК Индастриз». Когда Нелл приблизилась к пирсу, дверь кабины распахнулась.
— Здравствуй, дорогуша, — поприветствовал ее Дюк Бастин. Он бросил ей веревку. Нелл поймала и завязала узел на крепительной планке. — Извини, что пришлось вот так нагрянуть.
— Дюк, это место принадлежит тебе, — напомнила она.
— Не важно: дурные манеры есть дурные манеры, — сказал Дюк, спускаясь на пирс. Хлипкое сооружение задрожало под массой его громадного тела. — Клэй уже проснулся?
— Кажется, еще спит.
— А ты, значит, решила немного поплавать?