— И вы были счастливы?
— Нет. — Патриция помолчала, захваченная воспоминаниями. — Дебора, точно также и тебе придется сделать выбор: либо ты оставляешь ему свободу, либо он оставляет тебя.
Молодая женщина беспомощно взглянула на свекровь.
— Но я не могу жить без Витторио. И точно так же не могу делить его с другой. Как можно целовать его, зная, что эти губы касались кого-то еще, кроме меня? И все-таки я не представляю, как буду без этих губ. Синьора Патриция, в отчаянии прошептала она, — что мне делать?
— А, вот где вы прячетесь? — раздался мужской голос.
Обе женщины вздрогнули от неожиданности. По лестнице спускался Витторио. Он застыл от удивления, заметив, что его мать обнимает Дебору.
— Что, черт возьми, здесь происходит? Неужели мама поссорилась с Паоло и ты утешаешь ее, Дебби?
Патриция незаметно сжала руку невестки в своей и поднялась с дивана, чтобы уйти. Та проводила ее долгим взглядом.
— Ты готова? — спросил Витторио, приближаясь к дивану, и остановился, пораженный жестким выражением лица Деборы.
— У тебя есть куда более важные дела, ―возразила она.
Он с таким недоумением взглянул на нее, что молодая женщина поразилась. Да это лицо человека, который уверен в своей правоте и даже представить не может, что сейчас ему предъявят какие-то обвинения!
— Но я думал, — растерянно произнес Витторио, — что этот день мы проведем вдвоем.
Внезапно его осенила догадка.
— А, так это телефонный звонок! Извини, я не должен был оставлять тебя.
И он так простодушно улыбнулся, что в сердце Деборы снова на миг закралось сомнение, отчего безудержная злость еще сильнее охватила ее. А Витторио как ни в чем не бывало продолжал:
— Но я же сказал, что это ненадолго. Я уже здесь, и у нас впереди целый день. Может, поедем сначала…
— Вместе мы не едем никуда. Я уезжаю одна и избавляю тебя от своего присутствия.
Витторио скрестил руки на груди. Его взгляд внезапно сделался ледяным.
— И в чем, позволь узнать, причина такого скоропалительного решения?
— Я устала. Устала быть твоей игрушкой!
При этих словах Витторио охватила ярость. Значит, она действительно никогда не любила его. Теперь наконец все стало ясно. Продажная тварь!
— Сколько предложила тебе моя мать, чтобы ты уехала отсюда? Плачу в два раза больше, если ты останешься. Ты же так любишь деньги, Дебби! Сделаешь все ради них — выйдешь замуж за нелюбимого человека, потом разрушишь ему жизнь, потом…
Уже второй раз за этот день ее обвиняют в одном и том же. Более оскорбительных предположений Дебора и представить не могла. Не дав Витторио договорить, она крикнула: