— Но ведь ты не можешь отделять меня от моих денег! — настаивал Норман. — Большинство женщин мечтают о браке с миллионером. Я уверен, что это делает меня более привлекательным в твоих глазах.
— Миллио… — слабо пискнула Дженни и не смогла продолжать. Это невозможно. Она вышла замуж за миллио… — Нет, выкрикнула она в панике. — Нет!
Кажется, Норман наконец понял, в чем дело.
— Неужели ты действительно не знала? — сочувственно спросил он.
— Нет, — в смятении проговорила она.
— Похоже, эта новость не слишком обрадовала тебе, — холодно констатировал Норман.
— Нет, Норман! Я не могу быть женой миллионера! — Дженнифер помедлила. — Дикость какая-то. Как я буду чувствовать себя в компании миллионеров? — Дженни покачала головой, представив себе эту сцену. — Бедная, нищая, осчастливленная провинциалка, — усмехнувшись, добавила она.
— Ты уже попробовала быть женой миллионера, и у тебя это прекрасно получилось. И с моими друзьями ты общалась весьма непринужденно, — напомнил ей Норман.
— Нет, нет, нет! — Дженни замотала головой, будто отмахивалась от назойливой мухи. Ей припомнился их разговор об одежде Нормана. Да, конечно, сплошь громкие названия фирм. Так позволяют себе одеваться только очень обеспеченные люди. — Быть женой миллионера? — продолжала она. — Это означает роскошные приемы и танцы, всякие там фуршеты. Красивые остроумные люди, говорящие друг другу красивые остроумные слова. К этому привыкают с детства, Норман! И все будут обсуждать мое платье и мой выговор! Нет, Норман, я не смогу, — честно призналась она. — И если ты не шутишь, я не знаю, что мне делать. Признайся, что это просто розыгрыш!
— Не могу, Джейн. Откуда тогда, подумай, мог бы взяться у меня собственный самолет, и собственный экипаж, и собственный… Так, по-моему, сейчас ты упадешь в обморок. Пойдем-ка быстрей домой, ты должна выпить глоточек вина. — Он заботливо поддерживал ее за плечи. — Или, пожалуй, пять глоточков, чтобы наверняка восстановить свои силы.
— Норман, мне было так хорошо пребывать в неведении, — с сожалением вздохнула Дженни.
— И сейчас все очень хорошо. Я так даже чувствую себя еще лучше. Ты меня любишь. Меня самого, отдельно от моих денег.
Что-то коснулось ее ноги, и Дженни рассеянно посмотрела вниз. Ручной голубь, распустив перламутровые перья, безуспешно пытался выдернуть ниточку, торчавшую из обшлага холщевых брюк Нормана. Брюки были самыми обычными, по крайней мере на вид.
Он вообще старался не выделяться. И в общении с людьми держал себя очень просто. Так, что любой чувствовал себя с ним легко и непринужденно. И очень трудно было предположить в нем богача, который мог купить весь их городок целиком.