– Я рад. Тебя послало Провидение, я просто сразу увидел в тебе свою модель.
– А та женщина... Ну, на которую я похожа, кем она была для вас?
– Ты очень чуткая, уловила, что я говорил о ней...
– ...по-особенному, тем более что вы помните о ней после стольких лет... Вы сказали, что она давно умерла... – продолжила Меланья.
– Да! Все правильно. Ее звали Агнешка, она была хозяйкой этого дома, очень порядочной женщиной, женой моего друга Полека Соболевского. Вот так...
– Матерью Каролины и Родослава? – приняла неожиданный поворот их беседа.
– Ты их знаешь? Кто ты вообще? Вот что с нами, со стариками делает женская красота! Совсем из ума выжил. Рассказал тебе о своей любви, предложил двести тысяч долларов, а сам даже не спросил, кто ты?
– А это и не важно! – отмахнулась Меланья. – Я только что целый час проговорила с барменом Мишей.
– С этим болтуном?
– Точно! Я познакомилась с Каролиной, а вот Родослава еще не видела.
– Его сейчас здесь нет, а то бы ты не могла его не заметить, – усмехнулся Лев.
– Вы меня заинтриговали. Что с ним не так?
– О! С ним все так! Писаный красавец! Парень с обложки, самый завидный жених для всех девушек в округе. И, смею заверить, он умеет пользоваться своими выгодными положением и внешностью. Прожигает жизнь, меняет девушек.
– Бабник?
– Точно! А в целом неплохой парень, веселый и не злобный.
– Я уже не в том возрасте, чтобы клюнуть на такого, – ответила Меланья.
– Ой, не зарекайся, милая девушка...
– Я уже тетенька, – поправила она его.
– По сравнению со мной ты еще девочка, – лукаво посмотрел на Меланью Лев. – Но ты так и не ответила, кем приходишься нашим хозяевам?
– Я подруга Насти, что умерла на днях, – решила придерживаться своей легенды Меланья.
– Вот оно что... Все сходится... Русская и появилась сейчас. Только тело ее отправили в Россию, – сказал Лев Леопольдович.
– Я знаю, это мой муж туда полетел все уладить, – ответила Меланья.
– Муж? Ты замужем? Хотя, конечно, глаза у других мужчин тоже есть, ты не можешь быть одинокой... И чего я так расстроился, старый осел? У меня-то все равно не было никаких шансов, – засмеялся Лев. – Извини, ты, наверное, очень грустишь по Насте?
– Я? Мы были не очень близки... в последнее время, – снова принялась врать Меланья.
– Странно, что вы вообще дружили, – откликнулся Лев, поясняя: – Вы такие разные, как день и ночь.
– Вам она не нравилась? – спросила Меланья.
– Нет, – честно ответил Лев Леопольдович, чем очень подкупил Меланью. – А чего мне ее любить-то? Холодная, расчетливая женщина, без изюминки и без фантазии. Абсолютный ноль для меня как для художника, то есть совсем не интересна ни как личность, ни как человек, – спокойно сказал Лев.