Нам надо будет проработать будущие туристические маршруты для клиентов его компании.
— Ты зря беспокоишься, дорогая. Подумаешь, седые волосы и шрамы… Мужчина — не женщина. Седина его украшает. Да и шрамы тоже, — мудро рассудила Ирма. — Давайте, девочки, закажем по рюмке ликера или токайского. Отметим завтрашнюю встречу Элли с представителем деловой Америки. Может быть, он будет не так уж стар и к тому же окажется сыном миллионера. А через две недели мы сможем встретиться в этом же кафе. И Элли поведает нам о своей новой победе.
В иллюминаторе огромного пассажирского самолета виднелось крыло с трудягой-ютором, устало всасывающим в себя прозрачный воздух.
Осталось совсем немного, впереди долгожданный отдых — и для машины, и для людей. Самолет шел на снижение, накренившись носом вниз, словно высматривая удобное местечко для будущего приземления. Казалось, будто он в нетерпении ускоряет свой бег над крышами маленьких, аккуратных домиков с красными крышами. Еще несколько минут полета, и вот уже массивные колеса «Боинга» соприкоснулись с бетонным покрытием взлетно-посадочной полосы. Короткий пробег под приветственные аплодисменты пассажиров, и голос командира экипажа возвестил поочередно на трех языках, что самолет прибыл в Ферхедь, международный аэропорт Будапешта. Температура за бортом восемнадцать градусов по Цельсию. Да, ничего не поделаешь. Это Европа. Придется отвыкать от термометра по Фаренгейту. Впрочем, в любом случае это достаточно тепло для начала весны.
Дэниэл Митчелл оторвался от кресла, к которому, казалось, уже прирос за долгие часы полета. Устало потянулся, затем сделал несколько круговых движений плечами, размял шею пальцами, потер виски. Слава Богу, этот долгий, неудобный и утомительный перелет позади. Не очень удачную профессию он себе выбрал. Путешествия ему нравились, но не такие же частые. Уже начали приедаться в последнее время. И экзотика не вызывала прежних эмоций. Многочисленные зарубежные поездки становились обычной, рутинной работой. Конечно, хорошо, когда они проходили в комфортных условиях, но с этим редко везло.
К тому же летать он так и не привык за эти годы. Не то чтобы уж очень боялся находиться в воздухе, но все же он человек, а не птица.
Путешествие в автомашине, конечно, было бы намного приятнее и удобнее, но это тот случай, когда выбирать не приходится. Из Нью-Йорка в Венгрию по суше не доберешься. Да и ехать на машине далековато, одной заправки не хватит, а бензоколонки на дне морском еще не построили, мысленно выдал он сам себе немудреную шутку.