Поверженный хан поднял голову и с нескрываемой ненавистью и иронией посмотрел на распорядителя:
– Совсем недавно ты готов был лизать мне пятки, а сейчас, тебе не терпится увидеть мою голову отрубленной.
– Времена меняются, Аджи хан! Может быть, на следующем совете и мне удастся стать Великим Ханом! Кончай с ним, богатырь! – мрачно произнес он и отошел в сторону.
Меч слегка дрогнул в руке Ильи и плотнее прижался к горлу поверженного противника.
– Я могу сохранить тебе жизнь, Аджи хан, но ты должен рассказать, где прячешь Ай-наазы?
– К чему мне такая жизнь. Я опозорен. Люди никогда не станут слушаться меня. В одном ты прав, это мои воины похитили Ай-наазы. Она сейчас в надежном месте, а ее телом наслаждается чудовище!
Поверженный хан иронично рассмеялся, стараясь как можно больнее задеть чувства победителя и хоть как-то этим отомстить. Взмах меча. Аджи хан в ожидании затих, зажмурил глаза, набрал полную грудь, наслаждаясь последним вздохом, но смертельного удара не последовало. Занесенный над головой меч так и застыл в воздухе.
– Ты свободен, Аджи хан, я дарю тебе жизнь, иди, людское презрение хуже смерти. Ты наказан достаточно!
Илья опустил занесенную для удара руку, повернулся к поверженному противнику спиной и зашагал в сторону к Кара-Кумучу. Почувствовав свободу, Аджи хан поднял голову. Такого позора он не испытывал никогда в жизни. Душу переполняла лютая ненависть, а кровавый туман застилал глаза. Пытаясь хоть как-то смыть позор и отомстить сопернику, хоть и подлым способом, он вытащил из голенища сапога небольшой нож и молнией бросился к ничего не подозревающему Илье, занес для удара руку, целясь под левую лопатку.
– Илья, сзади…, – едва успел прокричать Кара-Кумуч.
Илья резко обернулся и выставил вперед руку с мечом. Клинок, пробив броню, прошел насквозь через грудную клетку и уперся гардой рукояти в панцирь.
Аджи хан выронил нож, упал на колени у ног Ильи и ухватил руками торчащую из груди рукоять меча.
– Ты не разочаровал меня. Я ожидал твоего подлого удара, Аджи хан, теперь, ты наказан сполна, – тихо произнес Илья. – Может быть сейчас, когда тебе осталось жить считанные минуты, ты все же облегчишь свою душу и скажешь, где прячешь Ай-наазы?
Хриплые бульканья вырвались из груди, горлом пошла черная кровь. Поверженный хан упал на землю. Илья опустился на колени перед ним.
– Абаасы! Она у него в дальнем кочевье. Немой Вайлагур проводит тебя, – едва слышно, через силу прохрипел умирающий Аджи хан и навеки закрыл глаза.
В глубоком раздумье стояли собравшиеся на совет ханы и вожди родов. Каждый из них думал о своем, но все как один были поражены исходом суда Великого Тэнгри. С болью в сердце взирал мудрый Ата хан на происходящее. Он давно предчувствовал гибель союза куманов и прекрасно понимал, что если сейчас ханы разбредутся по Великой Степи, то кто-то из них, снова затеет опасную игру и попытается оспорить власть Великого Хана.