Пока шли, Курт рассказывал про житье на базе «Аненербе» под Мюнхеном. По прибытии с острова Крит всю команду поселили в отдельном корпусе, после чего начали почти ежедневно изводить допросами и выяснениями подробностей африканской операции. Наконец, месяца полтора назад к группе присоединили несколько ребят из Африканского корпуса Роммеля. После этого Бранд торжественно объявил, что все они теперь члены нового и особого подразделения — команды специального назначения «Зет», после чего представил офицеров — уже знакомого Вернера Хенке, а также Рихарда Фогеля, также прибывшего из Африки и имевшего несколько боевых наград. Хенке до этого тренировался управлять летающим диском и ни в какую не хотел менять форму Люфтваффе на СС, но Брандт намекнул ему, что руководить «Зет» будет фон Рейн, и Хенке сразу согласился.
Рассказывая все это, Курт часто улыбался — настроение у него было замечательное. Я тоже был рад, что рядом появились надежные и проверенные товарищи. Однако по мере приближения к Пирамиде Грубер говорил все меньше, а когда мы вошли в гигантское сооружение, и вовсе замолчал, с интересом разглядывая все вокруг. Я, в свою очередь, давал ему свои краткие пояснения относительно происходящего вокруг.
Вскоре мы оказались на самом нижнем этаже и, углубившись в самые дальние коридоры подземного города, достигли помещения, где недавно я «обнаружил» труп Рихтера. Меня заинтересовал один вопрос, и я потащил Грубера в глубь этого помещения. Сейчас он поймет, зачем я попросил его прихватить с собой полный ранец взрывчатки.
— Смотри, Курт, несколько трубок и труб от разрушенных механизмов входят в стену соседнего помещения, которое мы не можем вскрыть. Что, если впихнуть взрывчатку в эти отверстия?
Курт провел рукой по стене.
— Странные ощущения. Вроде бы металл, но не холодный и приятный на ощупь. Как толстая шершавая кожа. Может быть, изнутри состав у материала более слабый, да и стена испещрена многочисленными отверстиями для труб. Стоит попробовать.
Грубер снял ранец. Он провозился с полчаса, а затем мы спрятались в коридоре. Взрыв. Стена, к которой мы прислонялись, даже не дрогнула, но когда мы вернулись в помещение, нас ждал приятный сюрприз — взрывчатка все-таки проделала дыру в мощной стене. Я посветил фонариком — отверстие было узкое и рваное, около полуметра глубиной — протиснуться можно было, только скинув амуницию. Я колебался. Неизвестность того, что находилось в темноте за стеной, меня пугала. Грубер заметил это и начал освобождаться от подсумков с запасными магазинами и гранатами.