– Тем не менее, – перебил его великий навигатор, – Ваине Ауте задала интересный вопрос, хотя, возможно, кому-то он и показался пустым. Как рассказывал мой отец, мы сейчас находимся в самом жарком районе. Но потом жара будет спадать и может статься, если мы будем продолжать плыть на север, то снова столкнемся с холодом.
– Абсурд! – вмешался Роонуи-Роонуи. – Выходит, что существуют два противоположных мира. Тогда все что вверху, находится внизу, а то, что внизу, вверху?
Не время это было, да и не место людям, которые не представляли себе даже приблизительно, что такое настоящий холод, решать сложные географические проблемы, особенно когда ни один полинезиец даже мысли не мог допустить о том, что Земля круглая. Поэтому Мити Матаи решил больше не отвлекаться на пространные рассуждения и продолжить рассказ. Это для него было важнее.
– Мои товарищи начали умирать от холода и голода. И когда в одно утро перед нами предстал гигантский белый остров, мы закричали от счастья, думая, что наконец-то нашли место, где можем найти укрытие и пищу. – Он снова замолчал, будто ему самому было трудно поверить в произошедшее. – Однако когда мы высадились, то обнаружили, что то была не земля, а вода. Она была такой холодной, что затвердела.
– Как это понять? – не мог удержаться от вопроса Ветеа Пито. – Я слышал эту историю раньше, но вот убей меня, не могу понять, как это вода может стать твердой, превратиться в белый остров, да вдобавок ко всему еще и холодный?! Не иначе тут не обошлось без колдунов!
– Тут не обошлось без богов, – абсолютно спокойно возразил ему великий навигатор. – Солнце, море, день, ночь и звезды существуют потому, что такими их создал Таароа. Также и там, на юге, ему заблагорассудилось создать подобные чудеса. – Он пожал плечами. – Даже я, единственный оставшийся в живых в том несчастном путешествии, не могу объяснить, почему так произошло. Но в одном вы можете быть полностью уверены – я вас не обманываю.
– Никто не думает, что ты обманываешь, – поспешил за всех ответить ныряльщик Ветеа. – Я убежден: весь твой рассказ – чистая правда, однако я не могу все это переварить… Но ты продолжай, пожалуйста!
– Хорошо… Это оказалось для нас тяжелым ударом. Некоторые остались умирать на том острове. – Он несколько раз тряхнул головой. – То, наверное, была приятная смерь, потому что все улыбались… – Он глубоко вздохнул. – Но самое странное было в другом: через два-три дня, когда тела обычно начинают разлагаться и испускать дурной запах, с ними не произошло ничего подобного. Они оставались такими, какими были при жизни, словно просто заснули.