Временами Тапу Тетуануи отчаянно ненавидел вонючих существ, сумевших завладеть осколками Луны и Солнца.
Заботливая Ваине Тиаре, похоже, поняла причину грусти юноши и поспешила утешить его. Вот только ни утешения ее, ни доводы не возымели желаемого действия.
– Может быть, он Майане и не понравится вовсе? – Это, что она смогла придумать.
Удрученный юноша, не говоря ни слова, искоса глянул на женщину, давая понять, что она сказала глупость.
– Хорошо! – продолжила она. – Ей он точно понравится, но ты ведь можешь подарить ей другие замечательные вещи: кастрюли, шпагу, зеркало…
– Ветеа Пито тоже преподнесет ей кастрюли, шпагу, зеркала и… единственный на свете колокол.
Видя, что дурно пахнущие существа не проявляют никакого интереса к драгоценному колоколу, его подвесили на кормовую мачту «Летучей рыбы», да так там и оставили. Но капитан вынужден был предупредить, что «бить склянки» разрешается только три раза в день, и то только в те часы, когда экипаж бодрствует.
А в это время на берегу ремонт фалучи[20] уже подходил к концу, и плотник, которого выбрал из самых своих любимых учеников сам Теве Сальмон, сообщил прекрасную новость: оказалось, что в день спуска шлюпки на воду пойдет сильный дождь.
После этого был устроен всеобщий праздник: аборигены и испанцы вместе танцевали, пели и молились. Даже самый маленький из испанцев, ребенок с волосами цвета соломы, усердствовал вовсю, собирая воду в первый попавшийся подходящий для этого сосуд.
Множество наполненных водой сосудов и снабженная длинным балансиром спущенная на воду фалуча, пригодная для безопасного длительного плавания, кажется, воодушевили испанцев, и они наконец избавлялись от страха.
До последнего они не верили, что сумеют вырваться с этого пустынного крошечного острова, и полагали, будто им суждено умереть здесь в страшных муках от жажды. Но, убедившись в том, что пресной воды хватает с избытком, а лодка вполне надежна, испанцы приободрились и засобирались в путь.
Из-за тесноты на фалуче пришлось от многого избавиться, и испанцы, не колеблясь, принялись дарить своим новым друзьям сотни вещей, теперь совершенно для них бесполезных, включая три комплекта отличных полотняных парусов, на которые Мити Матаи давно заглядывался.
Эластичная, легкая и прочная, удобная при укладке ткань позволяла значительно нарастить мачты и увеличить рабочую площадь парусов, о чем раньше и мечтать не мог ни один из главных навигаторов Бора-Бора.
Теперь «Марара» превратилась в самую быструю пирогу из всех когда-либо бороздивших воды Микронезии.