— Я знаю.
Я коснулся ладонями ее впалых щек и поцеловал в дрожащие губы.
Стоя в воде, Эбби обернулась лицом к скамьям и заговорила:
— Я бы хотела поблагодарить вас всех за то, что вы пришли. Мы ведь даже не успели разослать приглашения…
Ящерица на подоконнике прислушивалась к ее словам. Потом Эбби повернулась ко мне и легонько ткнула в грудь.
— Четырнадцать лет спустя я наконец обвенчалась в церкви. — Она посмотрела на дыру в крыше и засмеялась. — По крайней мере в том, что от нее осталось. — Эбби взяла меня под руку. Она почти не могла стоять. — Идем. У нас будет медовый месяц.
Мы зашлепали к двери и почти вплавь вернулись в хижину, где и провели остаток вечера, завернувшись в одеяло и наблюдая через окно за тем, как поднимается вода.
«Энни» направилась на север, выбросив по пути огромное количество дождя. Пока она ползла со скоростью пять узлов в час, все районы от Талахасси до Саванны оказались затоплены. По телевизору сообщили, что даже в предгорьях Теннесси и Джорджии зафиксировано рекордное количество осадков. Достигнув восточного побережья, «Энни» прогулялась вдоль береговой линии и снова двинула на север. К полуночи десятого июня ураган вернулся в Атлантику и наконец-то рассеялся.
Главной проблемой после «Энни» был не ветер, не упавшие деревья, не разрушенные дома, не свирепствующие торнадо и не величина ущерба, а несколько миллионов кубометров дождевой воды, которые обрушились на землю, пока ураган гулял по стране.
И всей этой воде нужно было куда-то деваться.
Ночь принесла прохладу, небо очистилось, показалась невероятно яркая луна. Пятиметровое каноэ Боба было сделано из алюминия и некогда выкрашено в темно-зеленый цвет. Не самое удобное средство передвижения, зато быстрое, а быстрота нам важнее уюта. Я скатал в трубку холст с «Непокорной» и сунул в водонепроницаемый чехол. Боб вручил мне пестрый зонтик, чтобы заслонить Эбби от солнца. Я убрал чехол и зонтик под сиденье и уложил Эбби на дно каноэ.
Эбби в купальнике и шортах выглядела точно так же, как в начале нашего путешествия. Боб по-прежнему был в своем облачении. Он снял пурпурную накидку и укрыл ею Эбби, точно одеялом. Я пожал ему руку.
— Спасибо.
Он кивнул.
— Наверное, они расставили посты на всех мостах.
— Да.
— Сможете проскользнуть?
— Не знаю.
— Сомневаюсь, что вы уплывете далеко.
— Я сомневался, что мы вообще доберемся досюда.
— Держи со мной связь, — попросил Боб. — Я сумею посадить свою малышку, даже если места будет с ладонь.
Он оттолкнул каноэ от берега, я погрузил весло в воду и начал грести. Нам предстояли семьдесят километров — и целая жизнь.