Ширли опустила ресницы.
— Хорошо. А сейчас...
— Ухожу, — сказал Люк. Уже находясь на пороге, он на миг оглянулся. — Уверена, что тебе ничего не нужно?
Она качнула головой.
— Пока ничего. А ты... постарайся не думать о том, что называешь бездействием.
— Обо мне не беспокойся, — махнул Люк рукой. — Я вполне заслуживаю тех волнений, которые меня сейчас одолевают. — После секундной паузы, он сказал: — Сейчас поставлю твой «вольво» в гараж и уеду. Обещаешь позвонить мне, если возникнет необходимость в моей помощи?
Чуть помедлив, Ширли шепнула:
— Да.
И Люк понял, что она не обманывает его.
...На полдороге в Манчестер он вспомнил, что так и не забрал у Ширли компакт-диск с записью музыки, над аранжировкой которой ему предстоит поработать.
Как только за Люком закрылась дверь спальни, Ширли легла на кровать.
Еще утро не кончилось, а я чувствую себя совершенно разбитой, проплыло в ее голове. Что со мной происходит? Почему мне сегодня так плохо?
Некоторое время она лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к звукам, доносящимся со двора. Сначала долетел шум двигателя «вольво», затем раздался характерный скрип задвигающейся двери гаража. Потом Ширли услышала, как Люк сел в свой «бентли», захлопнул дверцу и укатил прочь. В наступившей затем тишине звучал лишь птичий щебет.
Ширли не заметила, как уснула — будто провалилась в забытье. Может, она даже и не спала, а потеряла сознание. Во всяком случае, снов не видела, ее словно поглотила вязкая темнота.
Выбраться из этой странной тягучей субстанции ей помог звонок телефона, который она различила не сразу. Сначала у нее возникло ощущение какой-то досадной помехи, не позволяющей оставаться в засасывающем мраке полубессознательного состояния. Потом она поняла, в чем состоит эта помеха — в размеренных звонках. И только затем Ширли сообразила, что это звонит ее сотовый телефон.
Потянувшись к тумбочке, на которую положила свою сумку, она чуть не уронила ее на пол, но все же кое-как открыла, нащупала трубку и поднесла к уху.
— Да.
— Ширли?
— Да, — повторила она, тщетно пытаясь понять, с кем говорит.
— Дорогая моя, у тебя какой-то странный голос. Ты в порядке?
Только сейчас Ширли узнала Сандру.
— А, это ты, — протянула она. — Я... не очень хорошо себя чувствую.
— Что? — всполошилась та. — Не очень хорошо? Что это означает?
Ширли в нескольких словах описала свое состояние. Выслушав ее, Сандра вздохнула с облегчением.
— Беременных всегда тошнит, это обычное дело. Придется потерпеть. Не ты первая, не ты последняя.
— Сегодня мне как-то особенно нехорошо, — пожаловалась Ширли. — Такая слабость, кружится голова... — Не договорив, она вздохнула. — Даже сейчас, когда лежу.