– Мать народа, сестра воды, жена верблюда, дочь кукурузы, – негромко передразнил офицера Господу Видней. – Придурки. Кого вам надо, старосту?
Мы провели их к деревне.
– Это мы приехали на большой черной машине, и у нас здесь миссия, – всё так же громко пояснил старейшине офицер, делая широкий жест рукой.
– На «ниссане» вы приехали, – сказал Господу Видней, но старейшина сделал знак, и нам пришлось отойти подальше.
Взвод «голубых касок» зачистил всю деревню, обыскал жителей, свои пистолеты мы хорошо зарыли. Минёры проверили округу миноискателями, сверху полетал вертолет.
И только тогда явились остальные.
Здесь, на перекрестке нескольких дорог, вблизи от города, в месте, где ожидалась большая стрельба, миротворцы разбили лагерь. Они расставили везде посты и устроили контрольно-пропускной пункт на въезде в селение. Подогнали большую машину и выложили из плит блок-пост. Протянули колючую проволоку. Попрятали в траве за колючкой шумовые растяжки.
Мы сидели то здесь, то там, играя во всякие игры, только что не в кукол. Это было очень смешно.
Всё у нас получилось хорошо, но подвел я, когда разделся, чтобы умыться. Наколотый у меня на груди автомат Калашникова увидел один житель. Он сразу отправился к старейшине.
Я побежал к Господу Видней и сказал ему о случившемся.
– Старейшина больше боится белых людей, чем повстанцев, – сказал Господу Видней.
Мы решили играть в песке неподалеку от большой палатки, где находились главные офицеры «голубых касок».
Через час к палатке пришел человек от старейшины.
Президент с лицом плачущим, глупым и полным отчаянья вцепился ему в одежду. Я даже не заметил, когда он успел показать человеку старейшины пистолет.
– Наш младший брат очень боится людей с оружием, – поспешно объяснял Господу Видней солдату у палатки. – Повстанцы расстреляли его родителей. Теперь он везде ходит со своим духовным наставником, иначе от ужаса у него начинаются припадки.
– Да-да, – сказал солдат, улыбаясь. – Конечно, пусть тоже зайдет со своим наставником.
– Не бойся, мальчик, – сказал солдат Президенту и погладил его по голове. Президент исхитрился и поцеловал гладившую его руку.
Человек от старейшины попытался что-то прошептать часовому, но тот не разобрал его шепота и еще раз повторил, раскрывая полог палатки:
– Идите вдвоем, идите! Мы же миротворцы!
В палатке, рассказал нам потом Президент, человек от старейшины долго мигал офицеру и дергал лицом.
– Что вы хотите? – повторял офицер. – Что вы хотите?
В конце концов, человек от старейшины попросил у офицера кока-колы, и офицер выгнал его, ужасно ругаясь.