Всадник проехал через двор и остановился перед самой дверью. Его одежда и широкополая шляпа были покрыты снегом. И лошадь, и всадник казались уставшими до предела, и было видно: последнему потребовалось какое-то время, чтобы собрать силы и слезть с коня. Сняв шляпу, он отряхнул ее о ногу и повернулся к ним лицом. Желтый свет лампы выхватил из темноты его черты, и Мадлен узнала Люка. Она радостно вскрикнула.
Люк посмотрел в ее сторону — сердце Мадлен затрепетало. Не обращая внимания на то, что сабо утопают в снегу, она побежала за мужчинами, чтобы поприветствовать его.
Люк схватил ее, оторвал от земли и, крепко к себе прижав, поцеловал. Это показалось ей самой естественной вещью на свете, она едва не плакала от счастья. Но радость была недолгой. Его губы имели неестественно бледный цвет, а впалые щеки были просто ледяными. Мадлен прижала ладонь к его лицу.
— Ты обморозился! — воскликнула она.
— Что, холодный? — ухмыльнулся он, поворачиваясь, чтобы обнять хозяина фермы и обменяться рукопожатием с Леоном.
— Иди в дом, парень, — скомандовал старик и позвал Ги, чтобы тот помог брату позаботиться о лошади.
Ги радостно хлопнул Люка по плечу и поспешил выполнять отцовское поручение. Хозяйка фермы торопливо придвинула кресло поближе к огню, хозяин помог Люку раздеться и жестом пригласил сесть.
Откинувшись головой на спинку кресла, Люк посмотрел сначала на фермера, потом на его жену.
— Вы не против такого внезапного визита?
— Конечно, нет! — воскликнула тетушка Мадлен. — В этом доме вам всегда рады.
Мадлен стояла чуть поодаль, внезапно засмущавшись. Глаза Люка нашли ее и улыбнулись — у нее по телу разлилось тепло. Однако это была очень усталая улыбка, и глаза на бледном лице казались темнее, чем обычно. Тетушка молча подала ему горячий сидр. Он поблагодарил и обеими руками обхватил высокую кружку.
— О Господи, никогда еще я так не мерз!
— Больше всего вам нужна сейчас теплая постель, — озабоченно произнесла пожилая женщина. — Пойду приготовлю.
— Мне не хотелось бы вас беспокоить. Я могу…
— Никакого беспокойства тут нет! — возразила она, похлопав его по ладони, как семилетнего мальчугана. — Ваша постель высушена и ждет вас.
Мадлен знала, что это правда, потому что сама постоянно прогревала его одеяла жаровней. Она заметила, что Люку приятно было услышать последние слова. Вернулись Леон и Ги. Отряхнув снег, они повесили одежду у двери и тут же набросились на Люка с расспросами.
— До прошлой недели я был с маркизом, — сообщил он, — но, когда он с друзьями отправился в замок близ Сен-Брие, я решил вернуться сюда. Сомневаюсь, что моя помощь еще понадобится, поскольку ему советуют перебраться на Гернси