— Моя тетя Труди, — тихо представил женщину Себастьян. — Герцогиня Сэндстроув.
— Для меня большая честь, — откликнулась Эмма, с облегчением глядя в дружелюбное лицо.
— Кажется, Себастьян сказал, что вы из Лондона? Это ваш первый визит в Меридию?
Эмма улыбнулась.
— Я была здесь несколько недель назад, когда проходила инструктаж.
— Боюсь, наша жизнь покажется вам скучной. Ничего похожего на шум и суету большого города.
— Ну, не знаю, — протянул низкий мужской голос.
Эмма встретилась взглядом с красивым смуглым мужчиной. У него было вытянутое лицо и изящные руки.
— Думаю, даже в нашем маленьком городе можно найти что-то интересное, если как следует поискать, — сказал он, одарив Эмму масленой улыбкой.
— Мой кузен Ромас, — тихо сказал Себастьян. — Остерегайтесь его.
Эмма немедленно выпрямилась. Уж не собирается ли принц командовать ею? Она послала Ромасу кокетливую улыбку.
— К сожалению, я буду слишком занята и не смогу вкусить всех прелестей жизни в вашей столице.
Присутствующие снова начали перешептываться. Эмма узнала высокого тощего министра финансов, дородного премьер-министра, лидера оппозиции — всех, кого ей показывали на фотографиях во время предыдущего визита. Они отнюдь не выглядели дружелюбными. Эмма не винила их, хотя чувствовала некоторую обиду. Они могли бы быть вежливее.
— Кухарка за столом, — потрясенно бормотал герцог, ища упавшую салфетку. — Куда мы катимся?
— Не кухарка, дядя, а шеф-повар, — поправил его Себастьян. — Тодд отыскал самого лучшего специалиста. Так поступают в двадцать первом веке. Для важной работы подыскивают выдающихся кандидатов, проводят целый ряд переговоров, а затем делают предложение.
— К чему ты клонишь, Себастьян? — нарочито ленивым тоном протянул Ромас.
— Вот к чему, кузен. Важнейшие посты должны занимать первоклассные специалисты. Нужна конкуренция. Вся ерунда с наследованием должностей ослабляет страны, которые до сих пор цепляются за отжившую традицию.
— Ты хочешь сказать, нам нужно вывесить объявления о, том, что есть вакантная должность короля, а затем всерьез рассматривать заявления всех претендентов на трон Меридии? — скептически осведомился Ромас. — Идиотизм!
— Я вовсе не это имел в виду, — возразил Себастьян. — Ты понял в буквальном смысле. Я просто предлагаю идеи для открытого обсуждения.
— Референдум? — присоединился к разговору герцог. — Это было бы чистейшим безрассудством, мой мальчик. Открытое обсуждение никогда не приносило никому пользы. Оно лишь будоражит народ.
— Иногда это полезно, — заметил его племянник.
Эмма смотрела на будущего короля, и ей показалось, что в глубине его глаз вспыхнула ярость.