— Она пела собакам? — спросил Рагнар.
Он едва ли упоминал имя Тайры за последние недели, как будто чувствовал вину за то, что так долго оставлял ее во власти Кьяртана. Я знал, что Рагнар пытался найти сестру сразу после ее исчезновения. Однажды мы даже встретились с Кьяртаном лицом к лицу, но тот яростно отрицал, что Тайра находится в Дунхолме. А потом Рагнар присоединился к Великой Армии, которая вторглась в Уэссекс, а после стал заложником — и все это время Тайра находилась в лапах Кьяртана.
Теперь мой друг внимательно посмотрел на Ситрика.
— Она пела собакам? — повторил он.
— Пела, мой господин, — подтвердил Ситрик, — и псы спокойно улеглись. Ох мой отец на них тогда и разозлился!
Рагнар нахмурился, глядя на парнишку, как будто не поверил его словам. Ситрик пожал плечами.
— Говорят, она колдунья, мой господин, — робко объяснил он.
— Никакая Тайра не колдунья, — сердито проговорил Рагнар. — Все, чего она когда-либо желала, — это выйти замуж и иметь детей.
— Но она пела собакам, мой господин, — настаивал Ситрик, — и они спокойно улеглись на землю.
— Ну, при виде нас они точно не лягут, — сказал я. — А Кьяртан наверняка выпустит псов, как только заметит нас.
— Выпустит, мой господин, — согласился Ситрик.
Чувствовалось, что парнишка очень этого боится.
— Придется, видно, и нам тоже спеть им песенку, — весело заключил я.
Мы ехали по раскисшей тропе вдоль переполненной водой канавы и наконец добрались до Виира, в котором бурлили быстрые мощные водовороты. Похоже, на брод рассчитывать нечего. Дождь пошел еще сильнее, барабаня по поверхности реки, которая волновалась, готовая выйти из высоких берегов.
На дальнем берегу высился холм, и облака висели так низко, что задевали черные голые ветви деревьев на его длинной вершине.
— Мы никогда здесь не переправимся, — сказал Рагнар.
Привязанный к седлу отец Беокка дрожал в насквозь промокшей рясе. Всадники кружили по грязи, наблюдая, как река грозит выйти из берегов. Но потом Стеапа, который сидел верхом на огромном жеребце, крякнул и просто поехал вниз по тропе к воде. Его конь сначала отпрянул от быстрой реки, но Стеапа заставил его идти вперед — до тех пор, пока вода не закипела у стремян. Тогда он остановился и поманил меня, приглашая последовать его примеру.
Стеапа хотел, чтобы самые крупные лошади преградили путь сильному течению реки. Я заставил своего скакуна встать бок о бок с конем Стеапы, потом в реку въехали еще всадники. Мы держались друг друга, образовав живую стену из лошадей, и эта стена медленно росла поперек реки Виир, имевшей здесь около тридцати — сорока шагов в ширину. Нам требовалось лишь соорудить преграду посередине, где течение было сильнее всего. И как только сто всадников очутились в воде, стараясь заставить своих лошадей стоять неподвижно, Рагнар приказал остальным переходить реку, ставшую спокойнее благодаря нашей импровизированной дамбе.