Очаровательная шпионка Марии Медичи, или Альковная дипломатия (Малезье) - страница 84

– Сейфолк с удовольствием выполнит ваше поручение, милорд,– ответил Райтон с лукавым смешком.– Но, кажется, Его Величество зовет вас.

– Верно. Зачем это я понадобился королю? Может быть, опять интриги Сомерсета? Как мне надоел этот придворный фигляр и болтун!

И Солсбери неторопливо заковылял к трону.

– Вы звали меня, Ваше Величество?

– Ах, граф, только вы сможете мне помочь,– проговорил король.– Я в отчаянии! Вы только посмотрите на принца…

– Да, Ваше Величество. Я уже обратил внимание на наследника и его очаровательную собеседницу.

– И не только вы, дражайший лорд Солсбери. Куда неприятнее то, что дон Гондомар тоже обратил на это внимание. Я уверен, что он не забудет сообщить об увиденном в Мадрид. И это в тот момент, когда Филипп еще не дал окончательного согласия на брак с инфантой! Принц губит себя!

– Я не смогу отвлечь Карла от мадемуазель де Монтрей. Я не так ослепительно красив, чтобы принц предпочел ей мое общество.

– Но я прошу вас о другом. Дон Гондомар… О, отвлеките его от Карла. Сделайте так, чтобы он позабыл о безумном поведении принца.

– Не беспокойтесь, Ваше Величество. У меня есть что сказать послу Испании. И, уверяю вас, после моих слов он позабудет не только то, что видел сегодня на балу, но и многое другое!

По тонким губам старика пробежала улыбка.

– Я надеюсь на вас, граф!– крикнул король вдогонку уходящему министру.

Леди Диана, стоявшая рядом с королем, погладила его руку.

– Ну, ну… Ваше Величество… Стоит ли так расстраиваться из-за пустяка?… Ну, хотите, я спою вам?

Король тоскливо посмотрел на любовницу:

– Разве вы считаете, что гости уже засиделись?


ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Любовь и политика

ГЛАВА XXI

Шантаж

Всю ночь моросил дождь. Одежда промокла насквозь, и де Ла-Гард чувствовал, что после этой поездки вынужден будет слечь в постель недели на две, а то и больше. Еще в Мадриде он ощущал легкое недомогание, но не обратил на него внимания. И вот теперь оно переросло в болезнь. Приступы кашля вызывали резкую боль в груди, тело горело, голова кружилась, но де Ла-Гард не мог позволить себе заночевать где-нибудь в трактире. Сейчас от того, насколько быстро ему удастся добраться до Парижа, зависело слишком многое.

Загнанная лошадь хрипела и временами жалобно ржала, но всадник не знал пощады и только сильнее вонзал шпоры в бока измученного животного.

В нескольких лье от Парижа у придорожного трактира он заметил группу вооруженных всадников. Анри узнал принца Конде и, остановив лошадь, приветствовал его.

– Это вы, де Ла-Гард?– спросил принц, и Анри показалось, будто тот чем-то встревожен.– Не думал встретить вас тут в такую погоду!