Жанна краем глаза заметила движение позади себя и удвоила усилия, чтобы скорее добраться до заветной тропинки, но результат оказался не лучше, чем если бы она, не шелохнувшись, стояла на месте. Она уже однажды видела, как Тай бегает, но тогда он был ранен и шатался под ударами, наносимыми ему мятежниками. Сейчас он был совершенно здоров и в скорости мог бы сравниться с волком, преследующим добычу.
В следующий момент Жанна уже лежала на твердой горячей земле, придавленная большим телом Тайрелла. Он схватил ее за запястья и развел ее руки в стороны, удерживая, словно в тисках.
— Не кажется ли тебе, что пришло время нам с тобой немного поболтать? — медленно произнес он.
— Пусти меня!
— Прежде пообещай, что не будешь больше убегать от меня.
Девушка неистово извивалась в надежде сбросить Тая, но он просто сильнее прижал ее к земле.
— Я больше тебя, если ты еще не заметила, — произнес он. — Такой крошке, как ты, не справиться с мужчиной и вдвое меньших габаритов, не говоря уже обо мне.
Тогда девушка принялась неистово ругаться, повторяя все те слова, что ее отец, бывало, кричал заупрямившемуся мулу, не желающему тянуть тележку.
— Ты незаконнорожденный ублюдок косоглазой коровы, ты самый глупый сукин сын, которого мне…
Большая ладонь зажала ей рот, прервав поток брани.
— Тебе что же, никто не говорил, что девушке не пристало так выражаться?
Приглушенные звуки, доносившиеся до него, свидетельствовали о том, что Жанна его не слушает. Свободной рукой она принялась молотить его по плечу что было силы, и он был вынужден снова схватить ее за запястье. Тут же снова раздались ругательства:
— Ты сын одноногой шлюхи, безмозглый…
Внезапно Тайрелл накрыл губами рот Жанны. Ее горячее дыхание взволновало его, от нее пахло свежестью, как после дождя. Он содрогнулся, глубоко проникая языком в ее рот, словно желая проглотить девушку.
Яростные движения языка и губ Тая шокировали Жанну. Она беспомощно трепетала, побежденная его сильным телом, вдавливающим ее в землю.
Жанна не могла ни пошевелиться, ни вымолвить хотя бы слово; ее дыхание стало прерывистым, а поцелуй все длился и длился, словно подтверждение того, что с Таем бороться бесполезно, сколько бы она ни пыталась. Его огромное тело, казалось, было повсюду, и Жанна ощущала себя мышью, попавшейся в когти ястреба.
Когда Тайрелл наконец отстранился, его дыхание было прерывистым. Жанна смотрела на него широко раскрытыми глазами, в которых стояли слезы.
— Никогда больше не убегай от меня, — хрипло произнес он.
Девушка чувствовала, как содрогалось его тело, ощущала дикую силу, заключенную в его мускулах. Она должна была бояться этого человека, но подсознательно понимала, что он не причинит ей зла. Тем не менее она дрожала от незнакомого чувства, которое, по всей видимости, испытывал сейчас и Тай.