Ричард усмехнулся, с трудом приоткрыв заплывший глаз.
— Очень просто, милая. Мне еще повезло.
— Как это было, Дикон? — спросил сэр Адам.
— Будь я проклят, если что-нибудь помню, Адам, — откликнулся Ричард, подмигивая Бесс, которая смывала кровь с его груди. — Они едва успели начать. К счастью, я не сказал ни слова, хотя долго не продержался бы. И вдруг ворвался тюремщик и, к ярости Хильярда, заявил, что его ждет комендант Тауэра. Тот вышел, но уже через несколько минут вернулся окончательно взбешенный и коротко приказал палачам развязать меня и отвести обратно в подземелье. Там я застал нескольких до смерти перепуганных мужчин, которых бросили туда в мое отсутствие. Увидев меня, мои новые товарищи по несчастью совсем обезумели от страха. Пока тюремщики запирали дверь, один из моих соседей по подземелью пробормотал, что всем им обещано помилование. Но его резким ударом заставили замолчать.
Интересно, кто эти люди, задумался я, несмотря на боль, и что все это значит? Но расспросить их мне не удалось.
Энн умыла Ричарда, смазала ссадины целебной мазью и попыталась уговорить его помолчать, чувствуя, что силы его уже иссякают. Но он отрицательно покачал головой и приподнялся, чтобы лучше видеть лица внимательно слушающих его сэра Адама и Джейка.
— Мне вдруг пришло в голову, что ко мне подсадили этих людей умышленно, чтобы заставить меня разговориться. Помня об этом, я хранил молчание. Я ни словом не упомянул о том, что Джош помог мне проникнуть в Тауэр.
Джейк с облегчением вздохнул.
— Джош ушел распрягать лошадь, — объяснил он его отсутствие.
Когда раны Ричарда были перевязаны, его перенесли в маленькую опрятную спальню, а Бесс отправилась готовить горячее питье. Энн предложила добавить в него несколько капель макового сока. Мэри принесла чашку бульона, но Ричард сумел сделать лишь несколько глотков, виновато помотал головой и отказался от остального.
— Спасибо, больше мне не выпить, — пробормотал он, коснулся руки Энн и уверенно заявил: — Не тревожься, дорогая. Сон исцелит меня. Ты тоже должна отдохнуть. Адам, позаботься о ней.
Несмотря на все протесты Энн, ее отвели в другую комнату и накормили бульоном со свежим хлебом. Она спросила о своих слугах и узнала, что их уже тоже накормили и разместили в конюшне. Вскоре пришел и Джош — усталый, встревоженный; при виде Энн он вздохнул с облегчением.
— Значит, вы все-таки последовали моему совету, мистрис, — заключил он, переглянувшись с сэром Адамом, — и обратились к королеве.
— Да, это была удачная мысль, — отозвалась Энн. — А вы уверены, что здесь нам ничто не угрожает? Если королева знает про вас…