Об очередном нападении на контейнеровоз, шедший в Аденском заливе под марокканским флагом, Пьетра узнала почти сразу. У нее были налажены хорошие каналы получения информации почти со всего региона. Сейчас она получила доступ ко всем докладам по этому происшествию. Четыре неустановленных катера с вооруженными людьми около семи часов утра попытались захватить судно. На контейнеровозе оказался ценный груз и достаточно сильная сопровождавшая этот груз вооруженная охрана. Принадлежность группы охраны к тем или иным спецслужбам или силовым ведомствам не указывается. Нападение отбито, пираты понесли потери и убрались с судна. Один из пиратов захвачен живым и содержится на судне для передачи в руки правосудия.
Вот практически и вся полезная информация, которую Пьетре удалось выудить из массы сообщений, переписок и приказов. Отчего-то у журналистки болезненно сжалось сердце. Кажется, в последнее время Шариф в море сам уже не выходит… Да и дела на берегу у него сейчас очень серьезные – готовится встреча руководителей кланов. И то, что нападение произошло, как они это называют, в зоне контроля Шарифа, тоже ни о чем не говорит. Могли и чужие заплыть, по ошибке или специально. Могла быть просто одна из групп Шарифа. Мысли путались, а предчувствие все сжимало и сжимало сердце. Когда зазвонил мобильный телефон, нервы Пьетры были уже напряжены до такой степени, что она чуть не вскрикнула от неожиданности.
– Пьетра? Меня зовут Магиба, – послышался в трубке мужской голос с грустными интонациями. – Ты, наверное, помнишь меня – я друг Шарифа, эфиоп.
Голос был серый и безрадостный. Пьетре показалось, что с ней разговаривает сонный человек.
– Да, Магиба, я тебя помню, – поспешно ответила журналистка. – Что-то случилось?
– То, что иногда случается, – ответил эфиоп. – Шариф попался…
– Марокканский контейнеровоз? – быстро спросила девушка.
– Быстро ты узнаешь новости, – усмехнулся Магиба. – Нам бы так. Да, он был там, и его повязали охранники. Но он живой. Я тут подумал… – эфиоп замялся на секунду. – Подумал, что ты сможешь как-нибудь помочь. Деньги мы, конечно, включим в процесс, но боюсь, что будет слишком поздно. Даже комфортная тюрьма – все равно тюрьма.
– Я понимаю, но…
– Да так просто, – проворчал Магиба. – На всякий случай. Вдруг у тебя есть связи или идеи. Может быть, и ты что-нибудь придумаешь. Как-то хитро его изъять, пока судно не пришло к месту назначения. Он ведь тебе… ты ведь ему тоже…
– Я поняла, Магиба, – со всхлипом ответила Пьетра. – Я сейчас же начну думать, как ему помочь!