«Le Cadeau» быстро стал любимым местом Бонни в Лондоне. Столы здесь были накрыты розовыми клетчатыми скатертями. На каждом столике в стеклянной вазе стоял букетик васильков. Свежая невинность розового и голубого придавала пище утонченный вкус. Официант, увидев восторг Бонни, решил сделать ее первый вечер в ресторане незабываемым. Кроме того, Джон был его постоянным посетителем. «Ну как же она красива. Как лебедь». Он вспомнил свой родной дом, реку, но быстро взял себя в руки.
— Вы будете делать заказ сразу? — спросил он Джона по-английски с мягким французским акцентом.
Джон улыбнулся.
— Что вы порекомендуете, Пьер?
Пьер оторвал взгляд от стройной, в сером платье, фигуры Бонни.
— У нас есть морские ежи в соусе с шампанским и отличный лосось.
— Хочешь попробовать морских ежей? — спросил Джон.
Бонни кивнула. Ее маленькие серьги с изумрудами переливались на свету.
— А еще принесите лосося.
— Из Шотландии, — вставил Пьер, — пойман сегодня утром. Как вам его приготовить?
Джон ненадолго задумался.
— Отварите в белом вине. А ты хочешь попробовать зелень?
— С удовольствием, — ответила Бонни.
— Хорошо, — сказал Пьер, — сейчас я пошлю официанта, который выберет с вами вино, — и он удалился.
— Джон, какое облегчение чувствую я, сделав заказ.
— Ты не представляешь, какое облегчение быть с женщиной, которая хочет есть. Я привык к таким, кто всегда заказывает салат и бутылку минеральной.
Бонни засмеялась.
— Я не волнуюсь насчет своего веса, но если бы меня это волновало, я предпочла бы стать толстой, чем обходиться без еды. Моя бабушка говорит, что пища продлевает другие удовольствия.
— Как насчет вина?
Бонни нахмурилась.
— Я не разбираюсь в вине. Моя мать так много пила, что я решила никогда не прикасаться к этой гадости. Но недавно моя бабушка открыла несколько бутылок вина. Мне понравилось легкое фруктовое.
— Ладно, — Джон посмотрел на список вин. — Мне кажется, подойдет «Белый Эрмитаж».
— Я сейчас охлажу для вас бутылку, — сказал официант, взяв список из рук Джона.
Бонни расслабилась и оглянулась. Посетители были поглощены разговорами. Она заметила парочку, которая даже не прикоснулась к еде. Они смотрели друг другу в глаза и что-то говорили. Здесь, в переполненном ресторане, они очутились на верху блаженства. Переполнявший их восторг не пропускал звона тарелок и стекла.
— Бонни, — она услышала голос Джона, — что случилось? У тебя вид тоскующего ребенка, который что-то потерял.
Бонни вздохнула.
— Нет, Джон, я ничего не потеряла. Я просто никогда ничего не находила. Ничего, что искала.
— А что ты ищешь, Бонни?