Ордынцы наскоро разбили лагерь на месте недавнего боя и выставили вокруг усиленные заслоны. Отправленные в погоню за горцами отряды еще не вернулись, а в ханском шатре уже стучали бубны. Из дымоходного отверстия гэра и из-за опущенного входного полога поднимался дым. Ордынские шаманы-лекари лечили Удуга.
Впрочем, импровизированных лазаретов хватало сейчас по всему лагерю. В купеческих обозах тоже нашлась работа для лекарей. И для Костоправа в том числе.
— Не ссы, Стрелец, ничего страшного с тобой не стряслось, — пробурчал Костоправ, осмотрев правое плечо А-Ка. — Вывих просто. Здесь больно? — лекарь надавил на опухшее плечо пальцем.
— А-а-а! — взвыл Стрелец.
— Чего ты дергаешься, как девственница в казарме?! — поморщился лекарь. — А здесь бо…
Палец Костоправа ткнул в плечо с другой стороны.
— А-а-а! — немедленно отреагировал А-Ка.
— Вот разорался, мля, петух! — сплюнул лекарь. — Я спрашиваю, так больно?
— А-а-а! Да полегче ты, коновал, мать твою!
— Я Костоправ, твою мать!
— Косоправ — вот кто ты! Если что и поправишь, то наперекосяк и… А-а-а!!!
Это Костоправ резко рванул руку Стрельца, вправляя сустав. Перебранка стихла.
Прежде чем А-Ка, судорожно хватавший ртом воздух, вновь обрел способность говорить и смог послать лекаря куда подальше, тот еще раз наскоро ощупал…
— А-а-а!
…плечо Стрельца и удовлетворенно кивнул. Видимо, вывихнутый сустав встал на место.
— Кто следующий? — Костоправ отвернулся от пациента.
— Убью-у-у, сука, — обессиленно простонал А-Ка, поглаживая вправленное плечо и блаженно улыбаясь.
«Все в порядке», — понял Виктор, предпочитавший наблюдать за процедурой лечения со стороны и не вмешиваться.
А лекарь уже вразвалочку, какой-то палаческой походкой шел к другому раненому. Костоправ то ли не услышал угрозы Стрельца, то ли не счел нужным отвечать.
Следующий пациент — им оказался китаец из обоза Ся-цзы — побледнел еще до того, как Костоправ склонился над ним. Бледность отчетливо проступила даже сквозь природную желтизну кожи, а страх заметно расширил узкие глаза азиата. Что и неудивительно: бедняга видел, как лекарь обращался с А-Ка, и понимал, что с ним тоже церемониться не будут.