— Выходите, арестованный, — отпер решетчатую дверь фельдфебель…
* * *
Автомобиль капитана остановился в паре километров от городка, в распадке между двух невысоких сопок. Могучему Зартаку уже не хватало здесь мощи вздыбить каменные волны на километровую высоту, и они постепенно понижались, чтобы в нескольких десятках километров влиться в огромную равнину. Когда-то здесь добывали камень, и четверть одной из сопок была стесана до белоснежной сердцевины, истерзанной бурами, клиньями и пилами, с помощью которых от основного монолита отделяли ровные, словно кубики рафинада, каменные параллелепипеды, часть из которых так и валялась здесь. Помпезный «имперский» стиль канул в вечность вместе с монархией, а функциональной архитектуре «эпохи Отцов» почти не требовался натуральный камень — строители легко обходились железобетоном и кирпичом.
Вел вездеход сам Фогуту, а Рой с фельдфебелем на заднем сиденье стискивали плечами арестованного. Или делали вид, что стискивают, сами вжатые в дверцы могучими бицепсами. Капралу все время казалось, что пленник пытается сжаться, сделаться поуже, не из-за неуверенности или страха — великану было стыдно, что он своими габаритами доставляет неудобство соседям. Он несколько раз по дороге пытался заговорить, но Набигобу только свирепо цыкал на него, и это дитя природы послушно замолкало, будто взаправдашний малыш, ненароком затесавшийся во взрослую компанию.
«Я больше так не могу! — в панике думал Рой, до боли в руках сжимая автомат. — Пусть этот кошмар поскорее кончится!..»
Он пытался себя убедить, что это — все та же самая комедия. Что огромного подростка только «пугнут, чтобы наложил в штаны» и отпустят с миром. Но сам не верил себе…
— Все, приехали, — капитан легко соскочил в белоснежную пыль и взял с пассажирского сиденья автомат. — Вылезайте.
Вся троица неуклюже выбралась из вездехода, причем горец пытался помочь обоим своим конвоирам.
— Набигобу! Остаешься здесь и охраняешь машину.
Фельдфебель неуверенно глянул на Роя.
— Может, пусть малец лучше покараулит? Мне сподручнее как-то…
— Выполняйте приказ, фельдфебель! — в голосе капитана лязгнул металл.
— Слушаюсь! — прищелкнул каблуками старый солдат.
Трое — капитан впереди, горец посередине, капрал замыкающим — долго спускались по крутой, прихотливо виляющей по склону тропке в напоминающую пустой мраморный бассейн котловину. Рой не мог оторвать глаз от ног пленника, казалось не касающихся неверной тропы. С такой грацией по каменному крошеву мог скользить только местный житель, карабкающийся по горам с самого рождения. Значит, капитан прав, и этот большой ребенок — вражеский шпион?