Дом был деревянный, двухэтажный, верхнее окошко светилось. Он остановился у калитки. Прислушался; собак не было. Это плохо: в таком месте обязательно надо держать собаку.
Он легонько стукнул в створку молотком.
Там, за частоколом, приоткрылась дверь. Еле слышно скрипнула.
– Добрый вечер, – громко сказал Стократ. – У вас что-то случилось?
– Кто вы? – глухо спросила женщина. По голосу он понял, что она давно не спала.
– Колдун.
– Кто?!
– Меня зовут Стократ, я маг. Я могу вам помочь?
Женщина молчала.
– Что у вас случилось? – спросил он снова. – Если ничего – я уйду.
– Уходи.
Он повернулся и зашагал по тропинке вниз.
– Погоди!
Калитка завизжала засовами и загрохотала цепью.
* * *
Она была вдовой купца. Тот умер, не заплатив долги. Она продала дом в городе и переехала сюда: здесь не дорого жить, но страшно. На самой границе владений Грана зимой досаждают волки, летом браконьеры. К счастью, разбойников нет. Ходит дозором рубежная стража.
Все это Стократ частью услышал, частью домыслил; он стоял на пороге ухоженного, с виду зажиточного дома. Тем заметнее был беспорядок – брошенные тряпки, подсохшие лужи на полу, опрокинутая корзинка с рукодельем. Женщина смотрела на него воспаленными, глубоко запавшими глазами:
– Ты правда колдун?
– Да.
– Ты поможешь мне?
В ушах Стократа болезненно аукнулось: «Ты поможешь нам? Ты ведь можешь нам помочь?!»
– Что у тебя случилось?
– Идем…
Он вытер сапоги о половик у двери. Ступая по чисто вымытым ступенькам, поднялся за ней на второй этаж.
На постели лежал младенец, завернутый в одеяло. Стократ остановился, озадаченный.
– Я нашла ее в лесу, – сказала женщина.
Стократ нахмурился.
…Я нашел его в лесу, сказал бродяга в приемной воспитательного дома. Какая-то сука выкинула на погибель, нет, чтобы в приют отнести! Вот, возьмите, он живой еще…
– Господин? – с беспокойством спросила женщина.
– Подкидыш, – повторил он со вздохом. – Хочешь, чтобы я отвез ее в воспитательный дом?
Женщина странно на него поглядела. И развернула одеяло. Маленькая девочка, не больше месяца от роду, проснулась и жалобно запищала.
Стократ смотрел на нее, чувствуя, как дыбом поднимается борода. Младенческая кожа была покрыта тончайшим рисунком – плечи, грудь справа; Стократ зубами стянул перчатки. Поглядел на свои руки, не решился коснуться:
– Поверни ее.
Женщина перевернула младенца, и Стократ увидел детскую спинку. Крохотные земли Гран, еще целый Выворот, Лесной Край, Лысое Взгорье…
– Ты видишь, она плачет! – закричал шепотом, чтобы не напугать ребенка, чтобы сильнее не испугаться самому. – Накорми ее! Дай воды!