— Дилан, я беременна. Ты забыл о предохранении в нашу первую ночь, у меня был благоприятный период для зачатия. Я знала об этом, но не предупредила тебя, а потом все вышло из-под контроля.
На губах Дилана появилась лучезарная улыбка. В последний раз она видела его таким счастливым еще до того, как умер его отец.
— Ты ждешь ребенка? — Он дотронулся до ее живота с благоговением.
— Да, плачущего по ночам из-за того, что режутся зубки, пачкающего подгузники и так далее.
— Это же здорово! Надеюсь, что это будет девочка, похожая на свою маму.
Она прислонилась к одному из столбиков, окружавших кровать, и заплакала, не в силах поверить своему счастью.
— Я люблю тебя так сильно, что это меня пугает, — прошептал Дилан, поглаживая ее живот своей большой рукой. — Я знаю, что нам придется нелегко, мне придется многому научиться, но ведь ты согласишься мне помочь? Послушай, Кейт. В глубине души я всегда любил тебя, но я отказывался поверить, что женщина вроде тебя когда-нибудь взглянет на такого обыкновенного парня, как я. Именно поэтому я хотел, чтобы ты оставалась ребенком.
— Я видела, какой ты — лучше всех. Ты замечательный. Я всегда хотела быть только с тобой.
Увидев любовь и веру в глазах Кейт, Дилан прижал ее к себе.
— Я люблю тебя, — прошептал он. — Никогда не оставляй меня.
— Не оставлю.
Внезапно она отстранилась и приподняла брови.
— А теперь скажи мне, где ты провел все те ночи.
Он закинул голову назад и расхохотался. Она наконец-таки спросила.
— В офисе на диване. Я думал, что это немного разрядит обстановку.
Кейт потянула его за пряжку на ремне.
— Ты ошибался. Я провела столько одиноких ночей, которые теперь предстоит наверстать, и я не собираюсь терять больше ни минуты.
Он посмотрел на кровать.
— Это интересно. Всегда хотел заняться любовью в старом заброшенном поместье на кровати с балдахином, особенно с такой сексуальной красоткой, которая потом, как в сказке, окажется моей женой.
— Прошлой ночью мне было ужасно одиноко в этой кровати.
Дилан улыбнулся и притянул ее к себе поближе, наконец осознав, что именно этого ему всегда хотелось — почувствовать уверенность, что его любимая рядом.
— Тебе больше никогда не будет одиноко, — пообещал он, прижимаясь к ее губам. — Можешь мне поверить.