– В таком случае я пошлю ее кому-нибудь другому! – прокричал вслед незадачливый писатель.
– Валяйте, – пробормотал Генри себе под нос. – И если от тебя, Гита, сейчас волнами исходит неодобрение, то не лучше ли тебе поесть одной?
Она широко улыбнулась.
– Нет. Вовсе нет. Напротив. Это одобрение. Просто никто, кроме, пожалуй, Уинстона Черчилля, не мог бы отказать столь же внушительно.
Он глянул на нее, приподнял брови, и ее улыбка стала еще шире.
– Я тоже не люблю, когда ко мне пристают на улице, – сказала она мягко. – Ведь никому не придет в голову, так запросто подойти к хирургу и предложить ему провести небольшую операцию, когда хирург идет с дамой на ужин, верно?
– Верно, если только больному не хочется, чтобы этот хирург забыл свой скальпель там, где ему вовсе не место, – согласился Генри. Его лицо прояснилось, и они вошли в ресторан, где официант тут же предложил им уютный столик в углу.
– А вдруг книга этого парня действительно станет бестселлером? – лукаво поддразнила она его.
– Все возможно.
– И ты не станешь тогда скрежетать зубами и притворяться, что это тебя абсолютно не волнует?
Он пристально посмотрел на нее и произнес негромко:
– Я никогда в жизни не скрежетал зубами.
Он заказал вино и поглядел на нее, чуть приподняв одну бровь: мол, одобряет ли она его выбор?
– Ну, как, ты уже успела осмотреть городок? – спросил он.
Ее улыбка слегка увяла.
– Не слишком, – пробормотала она сокрушенно.
– И как он тебе?
– Очарователен. И здесь живут очень приятные люди.
– Да, так оно и есть.
– Расскажи мне о нем, – попросила она, принимая из рук официанта меню.
– Обязательно. Городок вырос вокруг замка, а замок построили, чтобы отражать нападения валлийцев. В основном здесь занимались продажей шерсти и перчатками.
– Перчатками?
– Да, насколько я знаю. В прошлом столетии изготовление перчаток было здесь очень в ходу. Может быть, даже до сих пор. Ну, читай меню.
С легкой улыбкой она углубилась в изучение меню, краешком глаза наблюдая, как он тоже читает и как на него смотрят другие посетители, особенно посетительницы, и ощущая себя ревнивой собственницей.
– Ты выглядишь очень самодовольной, – вдруг прокомментировал он мягко.
– Правда?
– Да. Почему?
– Потому что мне нравится быть с тобой вместе. Я буду, есть лосося.
Генри улыбнулся, закрыл меню и сделал заказ.
Когда они закончили ужинать и лениво наслаждались кофе, женщина, сидящая за столиком позади Гиты, начала ужасно кашлять, хрипло и надрывно. Обеспокоенная, Гита повернулась к ней и предложила стакан воды.
– Все в порядке? – заботливо спросила она, когда женщине, наконец, удалось справиться с приступом кашля и передохнуть.