Этим же утром, позже, доставив завтрак капитану и его леди в каюту, Пэйтон заметила, что приготовления различного рода шли полным ходом.
— Я не могу это выносить, — подслушала она, как Бекки жаловалась капитану. — Я вернусь в постель.
— Ну же, милая, — откликнулся Люсьен Лафон. Он вечно забывал закрыть дверь каюты, и посему их разговоры легко мог подслушать кто угодно, затаившись поблизости. — Ты же знаешь, что Дженкинс советовал тебе бывать на свежем воздухе. Тебе это полезно.
— Ой, да что Дженкинс понимает?! От этого человека никакой пользы. Не могу поверить, что ты заставил меня встать ради встречи с Маркусом. Ведь знаешь же, что он только накричит на тебя, когда выяснит, что мы с Дрейком не обвенчаны.
— Накричит на меня, дражайшая моя? — все еще снисходительно молвил Француз. — Но совершенно очевидно, что это не я все испортил.
— Да, но именно ты послал этих тупиц атаковать «Константу» прежде, чем были произнесены клятвы.
— Ну откуда же мне было знать, что свадьба не состоялась? Тебе полагалось отправиться в свадебное путешествие и проводить медовый месяц. Никто не отправляется в такое путешествие, прежде не обвенчавшись. Обычно это весьма существенная часть представления.
— Я уже миллион раз говорила тебе. То была не моя вина. Это все проклятая сука Диксонов.
При этих словах у Пэйтон чуть не вырвался негодующий возглас. Она, непонятно как, исхитрилась обуздать себя, решив в душе, что при случае пошлет мисс Уитби куда подальше в еще более грубых выражениях.
— Да, да, я знаю, — Лафон говорил таким тоном, словно эта тема обсуждалась так много раз, что уже наскучила ему. — По сути говоря, милая, это его вина.
Даже с того места, где стояла Пэйтон, был слышен вздох Бекки:
— Полагаю, ты прав. Ему не следовало рисковать и приходить самому в Дэринг-Парк. И мне плевать, что он не смог кому-то доверить сделать это. С его стороны это был чистейшей воды идиотизм.
— Я не это имел в виду. А то, что если бы он научился держать тебя подальше от своих проклятых замыслов, у меня бы не было причин так беспокоиться за тебя. Лишь поэтому я не смог вынести мысли о том, что могло бы случиться на том чертовом корабле, и поторопился послать «Мэри Би».
— Но, милый, ты же меня знаешь, — тон Бекки отдавал явным кокетством, особенно для женщины, которая лишь недавно слезно жаловалась на недомогание. — Ты же знаешь, что я никогда бы не позволила этому мужчине и пальцем меня коснуться.
— Разве? — голос Француза прозвучал чуточку надменно. — Вместе с тем, определенно нельзя сказать то же самое о его брате, верно?