— Пользуйтесь им на доброе здоровье, миледи. Однако вам не следует играть на чердаке одной.
— Ладно. — Мелоди взяла ключ. Кованая чернота ключа особенно резко выделялась на фоне розовой ладошки, Мелоди наградила Уилберфорса лучезарной улыбкой, заставившей смягчиться — разумеется, лишь слегка — его строгое лицо. Затем благодарно обвила ручками его колени, и он ощутил прикосновение к голени комка Горди Энн, а потом тряпичная кукла и ее хозяйка исчезли из виду вдали коридора.
Уилберфорс торопливо провел рукой по лицу, стирая с него улыбку, грозившую нарушить величественную строгость его образа. По крайней мере, маленькая миледи, кажется, преодолела свой страх чердака. Жизнь продолжается. После тревожных событий недавних месяцев жизнь в «Браунсе», возможно, налаживается и, Бог даст, наконец снова станет упоительно скучной.
Преданный клубу служитель искренне на это надеялся.
Может быть… когда-нибудь… это произойдет.
Когда Мелоди, наконец, нашла Эвана, он был целиком поглощен расстановкой маленьких оловянных солдатиков на полу комнаты, которую Уилберфорс называл курительной, хотя в ней не было даже камина.
Он лежал животом на полу, опершись на локоть, а свободной рукой переставлял солдатиков по какой-то карте.
— Угу, — буркнул он, когда Мелоди сообщила ему, что в башне живет красивая королева, которая собирается отругать повара за то, что он не подал к чаю лимонных кексов. И Горди Энн считает королеву, очень милой, хотя сама она называет себя плаксой.
Мелоди рассердилась на невнимание Эвана и швырнула Горди Энн прямо в середину его войска, разом повалив половину солдатиков. Как кегли.
— Ой! — вскричал Эван, поспешно поднимаясь на колени и подбирая солдатиков. Он бросил на Мелоди свирепый взгляд. — Ты зачем это сделала?
Мелоди нахмурилась еще свирепее. Она чувствовала свою вину, но признаваться в этом не хотела. Хотя ей не нравилось, когда Эван на нее злится.
Впрочем, лучше злость, чем невнимание.
А Эван ворчал, продолжая подбирать солдатиков.
— Ты сбила с ног британцев! Понимаешь? — объяснял он. — Ты заставила нас проиграть битву!
— Мне все равно.
Он с отвращением фыркнул:
— Не могу дождаться дня, когда уеду в школу!
Мелоди помрачнела, как туча:
— Ты вовсе не хочешь в школу. Ты школу ненавидишь.
Эван мотнул головой:
— Нет, хочу. Школа — это здорово. Там сотни мальчишек, и можно ездить верхом и заниматься спортом… Я возьму с собой Рамзеса.
— В школе уроки. — Мелоди не знала толком, откуда почерпнула эти сведения, но гордилась, что сумела их запомнить.— Ты ненавидишь уроки.
— Нет, вовсе я их не ненавижу. Просто я не люблю их делать в то время, когда могу покататься с Бейливиком.