К полуночи над Бутугуром стали собираться тучи. Иногда в просветах показывалась луна, но тут же скрывалась, и становилось еще темнее. «Странные места, — думал Иволгин. — Все небо в тучах, а дождя нет. Потому, видно, на этом безводье и деревья не растут».
Рядом лежал, как охотник в засаде, Бальжан Баторов.
— В такие ночи шпионы орудуют, — тихо сказал он, вглядываясь в темноту.
В трех шагах правее проступает в темноте сутулая фигура Поликарпа Посохина. Около него, как всегда, Сеня Юртайкин. Степенный Поликарп вроде бы недолюбливал болтливого Сеню, частенько даже гнал его от себя:
— Что ты пристал ко мне, как репей к конскому хвосту?
Но отцепиться от Сени не так-то просто. Да Посохин и сам, как видно, не хотел от него надолго отцепляться. Как чуть — кричит:
— Эй, боломот, иди закурим, вон как уши-то у тебя опухли!
Теперь их разлучают: Посохина комбат оставляет на Бутугуре караулить казармы, дескать, староват, тяжел на подъем, какой из него десантник? Он и на танк не заберется. А Иволгину уже не хочется расставаться с этим «некультяпистым» солдатом: привык к нему — пусть бы уж ковылял в его взводе.
Если говорить по справедливости, то дело здесь совсем не в привычке, а в том, что Поликарп в глазах взводного оказался совсем не таким, как показался вначале. Не такая уж это безнадежная «темная людина», каким представил его старшина Цыбуля. Да, был за Посохиным такой грешок: не любил он «зазря» ползать на брюхе по склонам Бутугура, предпочитал мести полы, топить печи. Но как только почуял, что на Востоке могут развернуться боевые дела, тут же сменил веник и железное ведро на автомат и саперную лопату.
На днях Иволгин сделал еще одно открытие: оказывается, Посохин — вполне грамотный человек. Сам пишет письма старшему сыну — строго наказывает служить верой и правдой. Сам пишет и куму Северьяну. И только своей привередливой Матрене писать не решается — поручает Юртайкину: уж больно складно получается у Сеньки. До слез прошибить может!
Поликарп и читает прилично. Возьмет газету, вытянет руки на всю длину — и пошел по строчкам сверху донизу. Сеня Юртайкин в таких случаях обязательно подхихикнет:
— Мартышка к старости слаба глазами стала...
Посохина такие шутки нисколько не смущают, на шутку отвечает шуткой:
— Глаза-то у меня хорошие, только руки короткие.
Иволгину было непонятно: зачем Посохин выдает себя за неграмотного человека? Видимо, делает он это по своей скромности. А может быть, хитрит. Ведь с неграмотного меньше спроса. Можно и Черчилля при случае ругнуть и про второй фронт по-своему потолковать. А в случае чего: по темноте болтнул. С неграмотного взятки гладки.