– Он спас ее, она, – он хохотнул, – спасает его.
– Это холопское дело, – буркнул Кочева, – спасать своих господ.
– Он не холоп! – возразил боярин.
– Ну… презренный смерд, какая разница, – чувствуется, боярин Кочева стал нервничать.
– И не презренный смерд. А как бы не был он… кровушки Мономаховой!
Кочева с удивлением посмотрел на Вышату, а потом с презрением ответил:
– Все это… выдумки, боярин.
Оглянулся и пальцем подозвал холопа:
– Зови Елисея, мы уезжаем.
Усмехнулся Вышата: «Боярин норов свой показывает. Да ладно… катись ты, коль так. Не на тебе свет клином сошелся».
А на площади стало твориться что-то невообразимое. Выросшая толпа напирала на Елисея, попытавшегося было скрыться.
– Чем ты вдарил? – ревел народ.
– Да вы что, братцы, могу крест положить. Ничего… вот видите! – он протягивает им ладони.
– Ты убил Андрея! Смотри, как рассадил висок! – многочисленные пальцы указывают на голову Андрея.
– Да вы что, братцы, – он упал на колени, видя, что дело может плохо кончиться.
Служка, издали наблюдавший за толпой, рванул к старшему Кочеве.
– Боярин, – завопил он, – спасай, спасай боярыча!
Кочева побледнел:
– Что случилось?
– Толпа, смерды клятые грозятся вбить боярыча!
– За что?
– Дык он вбил смерда.
– Убил?
– Убил? – подскочил и Вышата.
– Убил! – подтвердил служка, делая скорбным лицо.
– Пошли, боярин, – Вышата торопливо зашагал в сторону толпы. – Еще не хватало, если устроят самосуд.
При виде хозяина толпа нехотя расступилась. Елисей, увидев Вышату с отцом, вскочил на ноги и, показывая на народ пальцем, завопил:
– Они! Они… грозятся убить. Я не виноват!
Толпа загалдела. Вышата поднял руку, народ стих.
– Что с Андреем? – обратился Вышата к народу.
– Да этот гад убил! – несколько рук показывают на Елисея.
– Нечестен бой! – вопят другие.
Вышата подходит к Андрею. Его голова покоится на коленях Анастасии. Вокруг виска кровь.
– Что с ним? Жив?
Анастасия, глаза которой светятся счастливым взором, согласно кивает головой. Как бы в подтверждение сказанного, Андрей тихо простонал.
– Эй, – крикнул Вышата страже, – несите его в мои хоромы, да позовите Нестора.
Всю дорогу Анастасия не отходила от раненого. Она была при нем, когда лекарь его осмотрел. Он сделал отвар из каких-то трав и дал его выпить Андрею. Юноша заметно стал приходить в себя. А на площади Вышата успокоил народ и высвободил Елисея из окружения.
В ту же ночь Кочева с сыном уехали домой. Домой вернулся и Андрей. Привезла его Анастасия. Когда мать увидела девушку, сердце ее екнуло. «Неужто Боженька сводит их? Господи! Нет! Он для Вышаты родом не вышел».