— Я должен обо всем рассказать Анджелину Масу!
Смерть дернулась за мной, желая, наверное, вмешаться, но я уже летел к ратуше сломя голову. Вернее, летел к забору, перескочив через который устремился к знакомому зданию.
Ратуша выглядела точно так же, как и три часа назад, когда я поспешно покинул ее вместе с лженекромантом. То есть кругом виднелись следы пожара, бродили немногочисленные слуги, повсюду торчала стража, но только городская, никого из числа охраны градоправителя видно не было. И вообще, везде царила какая-то странная, гнетущая атмосфера.
…Смерть! Здесь совсем недавно умер человек! Вот тут, на том самом месте, где я встал, он и упал, обливаясь кровью из глубокой раны. Так и есть! Темные камни пропитала засохшая кровь. Эфир нагрелся от выплеснувшихся недавно эмоций. Их отголоски еще ощущались — гнев, ненависть, усталость, удивление, страх, отчаяние, боль…
— Что здесь произошло? — Собственный голос показался мне чужим. — Кто-нибудь скажет, что тут произошло, бесы вас побери? — сорвался на крик.
— Виконта Ладиана убили, — словно нехотя промолвил один из часовых.
— Кто? — Впрочем, это я знал и так, слово вырвалось машинально.
— Господин Мас. Все видели!
Не сомневаюсь. Половина обрушившихся на меня эмоций как раз и принадлежала зрителям, они глушили все чувства, которые испытывали сражающиеся.
Я опустился на колени, провел ладонями над испачканными кровью камнями. Нет, виконт умер не здесь. Я не чувствовал тут следов смерти. Она, успевавшая везде и всюду, на сей раз не опускалась перед ним на колени, не трогала лоб прощальным и одновременно утешающим жестом.
— Где они сейчас?
— Господина виконта увезли в замок… может, и успели довезти живым… плох он был… — сказал тот же стражник. — А господина градоправителя арестовали.
— Кто?
— Лейтенант Винт!
Я не сомневался!
Так. Дело принимало неожиданный оборот. Проблемы громоздились как снежный ком. И мэтр Куббик, как назло, должен был приехать лишь к вечеру! Что же делать?
Мой визит к арестованному вызвал искреннее недоумение у начальника тюрьмы.
— Извиняйте, господин некромант, — развел он руками, — но никак не могу вас пропустить. Приказано!
— Кем приказано? — Мой голос звучал спокойно, но внутри почему-то все сжалось.
Вместо ответа начальник тюрьмы выразительно посмотрел на потолок и снова развел руками — мол, рад бы, да не могу.
Уговоры, намеки — я же некромант и могу «предчувствовать смерть»! — ни к чему не привели. Ревностный служака стоял на своем. Не драться же было с представителем закона? Пришлось уйти ни с чем.
Однако далеко удалиться мне не дали. Уже проходя по красной ковровой дорожке в сторону выхода, я услышал тихий свист и, обернувшись, заметил стражника. Судя по оружию, он только что сменился с поста внизу.