Тайна царствия (Валтари) - страница 243

– Мне говорили, что здесь я смогу найти девушку, которая потеряла своего брата. Мне нужно поговорить с ней!

Старик озабоченно уставился на меня;

– А ты случайно не ее сообщник? Я держу ее в качестве заложницы и забрал у нее всю одежду и обувь. Пока мне не заплатят все до последнего обола, я не собираюсь ее освобождать.

– Проведи меня к ней, и ты не пожалеешь об этом, – сказал я, позванивая монетами.

Старик, по-прежнему бросая на меня недоверчивый взгляд, хромающей походкой проводил меня в конец коридора; он снял засов с деревянной двери, за которой находилась маленькая комнатка. При тусклом свете, падавшем из отверстия в одной из стен, я смог различить очертания хрупкой девушки. Она сидела на корточках в углу безо всякой одежды, лицо было скрыто растрепанными волосами, весь облик ее говорил о том, что она убита горем. Когда мы вошли, девушка даже не пошевелилась. В комнате не было ни воды, ни пищи, ни тряпок, чтобы прикрыть ее наготу.

– Она просто бешенная! Когда я хотел заставить ее танцевать перед входом в театр, она вцепилась мне в бороду! – сказал старик – В городе полно чужестранцев, и если бы она танцевала, они, возможно, бросили бы ей несколько монет. Знай же, что мне пришлось заплатить за похороны ее брата, кроме того, у этих египтян остались передо мной и другие долги!

Я прикоснулся к плечу девушки и бросил ей кошель.

– Меня направили сюда, чтобы я передал тебе сто пятьдесят золотых монет, – громко произнес я – Оплати свой долг, прикажи, чтобы тебе вернули одежду и все твое имущество, а затем можешь идти, куда захочешь!

Однако девушка не шевельнулась.

– Сто пятьдесят золотых монет! – воскликнул старик, размахивая правой рукой, словно желая тем самым оградить себя от злых чар. – Это приводит меня в ужас! Все вино уже выпито, и теперь у меня начались галлюцинации – я слышу призраков!

Он пытался было схватить кошель, однако я опередил его, поинтересовавшись о размере ее долга.

– Я благоразумный человек, а эта девушка навлекла на меня немилость, поэтому десяти монет будет для меня достаточно. Отдай их мне, и я сразу же схожу за одеждой, вином и едой; должно быть, она настолько ослабела от голода, что не в состоянии произнести ни слова! Она не сможет доставить тебе никакого удовольствия!

И вцепившись в мое плечо, он прошептал мне на ухо:

– Сто пятьдесят золотых монет – это настоящее безумие для такой девчонки! Вероятно, ты лишился разума! Оплати долг, забирай ее и делай с ней, что захочешь! А если ты дашь мне хотя бы монетой больше, я смогу представить необходимые документы, чтобы правосудие поставило на ней клеймо, тогда она станет твоей рабыней – ведь за нее больше некому заступиться.