Я не стал искать этому объяснения, просто воспользовался предоставленной случаем возможностью. Кто его знает, произойдет ли когда еще такое чудо.
Не разбудил меня и рассвет. Проснулся я, только ощутив чужое присутствие.
– Она признала его? – рывком поднявшись с лежанки, спросил я у Кима.
Именно этому воину я все чаще давал весьма деликатные поручения. Было в нем что-то, заставляющее ему доверять, несмотря на все сомнения в его преданности.
Разве может служить за слово тот, кто в первый раз давал его другому князю?
Или… прав Аранар: у нашего огня узнаваемый танец. Его кровь сродни моей, пусть и не настолько чиста.
– Да, князь. Тай – ее брат. – Он помялся пару мгновений, но все-таки осмелился выяснить то, что его беспокоило. – А князю Аранару об этом известно?
Я мог бы усмехнуться, из нас двоих он должен лучше знать своего бывшего господина, но от ответа не уклонился:
– Иногда мне кажется, что он видит будущее яснее, чем я – настоящее. Возможно, когда-нибудь я узнаю это точно.
– Он преклоняется перед вами.
– Да, – задумчиво кивнул я, размышляя уже о другом. С мальчишкой нужно было что-то делать. Самое простое – убить. Но я обещал Леде его спасти. – Я вчера это заметил.
– Мне не доводилось раньше видеть его в ярости. – Ким явно был настроен поговорить. Еще одно открытие дня, подобная разговорчивость приключилась с ним впервые с тех пор, как он оказался у меня. – Он мог бы вас убить, если бы…
– Если бы… – заинтересованно повторил я, Ким неожиданно стушевался и замолк. – Если бы не разыгрывал гнев?
– Мой князь заметил?
Мой хохот его слегка отрезвил. Уж больно забавно смотрелась растерянность на лице бесстрашного воина.
– Не видел бы я таких мелочей, уже давно бы гнил. – Посмотрев на довольного Кима, решил его слегка охолонить. – Так вы не сбежали?
Взгляд огненного заледенел. Точно нашего рода!
– Мы поклялись защищать вас!
На этот раз я смеяться не стал. Сам сообразит, насколько двусмысленно звучало его заявление.
– Защищать, так защищать, – согласился я. Не отягощенный кошмарами сон настроил на доброжелательный лад. – Ты мне лучше скажи, что мы будем делать с Таем?
– Раз вы спрашиваете – просто избавиться не получится?
Я ничего не сказал, Ким и сам сообразит, что означает мое молчание. А пока он размышлял, я тоже мог отдаться во власть дум.
Что бы я хотел видеть на столе на утренней трапезе? Такие вопросы не волновали меня с тех пор, как я понял, что даже самые необычные блюда не притупляют чувства потери, но способны всколыхнуть гнев. Нечто подобное я испытывал, и заполучив в свою постель красивую женщину. Сладость наслаждения прекрасным телом проходила, стоило мне сбросить семя. Потом наступала пустота, за которой пряталась ярость.