Сколько их осталось растерзанными, как только я утолял страсть?!
– Он очень юн, Виджару ничего не стоило сделать из него самаха.
– Тогда у нас не останется выбора. – Эта мысль приходила мне в голову, но я гнал ее. Уж лучше хорошо обученный крейз, чем самах. Один опасен, но сохраняет свободу воли, для второго вся жизнь лишь приказ. Ни чувств, ни желаний. – Но я надеюсь, что Виджар не уготовил своему сыну такую судьбу.
– Мой князь! – неожиданно воскликнул Ким, удивленно посмотрев на меня. – Но ведь получается, что Леда – дочь Виджара!
Пока он говорил, повел взглядом вокруг, давая понять, что и остальные тут же.
А то я их не увидел!
– Если Кассире не позволяла и другим любить себя, – небрежно заметил я, чувствуя, как уходит умиротворенность.
Возможное коварство одной напомнило о другой. Та ловко играла, не подпуская близко, но и не позволяя влечению остыть. Умело распаляла, потом, словно сдавшись, уступив, страстно отдавалась, заставляя не видеть, отказываться слушать то, что твердило предчувствие.
Я слишком поздно разгадал, ради чего завлекала она меня в свою ловушку.
Понимание собственной ошибки до сих пор отдавало горечью.
А ведь я доверял ей до последнего! До того самого мгновения, пока кинжал древнего воина не разорвал тонкую нить, связывающую дух стихии и тело. Смотрел в ее лживые глаза и верил.
– А если устроить их встречу? – задумчиво произнес Ким, заставив меня невольно фыркнуть. Точно наша кровь, не может без того, чтобы не устроить кому-нибудь не самое приятное развлечение.
– Рано еще, – начал я, собираясь сказать, что князь еще должен кое-что для меня сделать, но сам себя оборвал. Время для откровений еще не наступило. – Пока что занимайтесь с Таем, ну и присматривайте. Вдруг чем себя выдаст. А я пока поговорю с Ледой.
– У господина на нее планы?
Он почти успел. Но я заметил, как исчезли из его взгляда лукавые искры.
– Я купил ее жизнь и теперь несу за девушку ответственность. Она уже привлекательна, а теперь представь, какой станет через пару лунаров?
Ким сощурил глаза, смотря на меня настолько странно, что даже стало неуютно. Открытие за открытием. Что еще принесет сегодняшний день?
– Она не годится в спутницы. Слишком беззащитна. Ей нужны надежные руки.
– Значит, – произнес я, раздумывая о последствиях такого единодушия (я считал так же, как и он), – будем искать надежные.
– Куда уж надежнее, чем вы, господин, – раздалось из-за спины.
Я не стал оборачиваться, слишком много чести, чтобы меня смущали слова телохранителя. Просто вновь отметил, что они начали чувствовать во мне то, что я прятал от самого себя. Не веди я столь опасную игру, мог бы радоваться. После гибели моего соратника я очень остро ощутил, насколько мне не хватает дружеских подначек, высказанной в глаза правды.