— Привет, — прошептал в ответ Ковтун. — Я тебя не разбудил?
По сложившейся традиции они всегда были на «вы» на работе и по телефону. Дома же спокойно разговаривали на «ты», не переходя, в прочем границ субординации.
— Нет, нет, давай на кухню. Там поговорим. Разувайся, мой руки, если надо, я пойду, приготовлю дополнительный прибор.
Ковтун скользнул в ванную и вскоре появился на кухне умытый и посвежевший.
— Тут можно говорить громче?
— Да, говори нормально. Будешь?
Валентин Алексеевич кивнул на полупустую бутылку коньяка в своей правой руке. На столе стояли две рюмки, одна полная, другая, возле гостя, пустая, нарезанный лимон, несколько кусков белого хлеба на тарелке, масленка и баночка с красной икрой. Дополнительный прибор похоже состоял из еще одной рюмки.
— Нет, я за рулем.
— Я в курсе. Одну рюмку-то выпей, я же не предлагаю тебе всю бутылку. А если и всю, то можешь заночевать у меня.
— Ты моей жене позвонишь?
— Конечно. Если скажешь — позвоню. У тебя курить есть?
— Естественно, — Ковтун выложил на стол непочатую пачку Парламента.
— Молоток, — генерал с аппетитом посмотрел на сигареты.
Его розовое лицо свидетельствовало о том, что недостающая половина бутылки находится сейчас внутри него. К своему сожалению Виктор стал замечать появившуюся опять тягу друга к спиртному. Похоже, каждый вечер он выпивал, хотя и приезжал на работу всегда безукоризненно трезвый. Мария Иосифовна никогда не говорила об этом, впрочем, она, в принципе, никогда ничего плохого о муже не говорила, как и он о ней. Это была интеллигентная семья, а в таких семьях не принято посвящать кого бы то ни было в интимные дела и, тем более, жаловаться на супруга. Даже ближайшим родственникам и проверенным настоящим друзьям.
Генерал намазывал маслом и икрой бутерброды и выкладывал их цветочком на тарелке.
— Пока хватит, — он поднялся, открыл пошире окно и закурил. — Давай! И потом о деле.
С улицы потянуло ночной прохладой. Шумовой фон от Садового кольца усилился. Они выпили, синхронно положили по дольке лимона в рот, потом впились зубами в бутерброды.
— Хорошо! — сказал генерал и глубоко затянулся сигаретой. — Начинай!
— Чуть больше двух часов назад мне позвонил Игорь, начальник безопасности из «Мопассана»…
— Это ночной клуб?
— Да, на Автозаводской.
— Знаю, — глаза Валентина Алексеевича смотрели совершенно трезво и внимательно. Наличие в крови алкоголя выдавал только какой-то жесткий, даже жестокий стальной блеск, покрасневшая кожа лица и поджатые губы.
— Так вот, к ним приехал какой-то чудак с женой и стал рассказывать интересные вещи…