— Вы пришли одна? — спросила Кири, стараясь скрыть ужас.
— Ко мне никто не приставал, — с легким сожалением сказала принцесса. — Это так здорово — вырваться из клетки и ходить по улице совсем, одной. Добравшись до «Деймиена», я почувствовала себя в безопасности. Я великолепно провела время. Потом какой-то мужчина в той комнате, где играют в карты, сказал: «Ваше высочество?» Я, конечно, оглянулась, забыв, что здесь никто не должен меня знать. После этого несколько человек столпились вокруг меня и один из них зажал мне рукой рот. Они быстро вывели меня из игровой комнаты в коридор. Я сопротивлялась, но как я могла справиться сними? Если бы не вы… — Она содрогнулась.
— Пора выпить бренди, — решила Кири и, открыв какой-то шкафчик, нашла там напитки и стаканы. Выбрав бутылку, на которой было написано «коньяк», она налила в стакан щедрую порцию и протянула его принцессе. — Пейте медленно, это крепкий напиток, но он вам поможет.
Шарлотта осторожно отхлебнула из стакана, чуть поперхнулась и сделала еще глоток.
— Вы были правы. Напиток очень бодрит.
Кири наполнила еще один стакан.
— С вашего позволения, — сказала она и, не дожидаясь ответа, сделала глоток, с удовольствием ощущая внутри приятное жжение.
Шарлотта допила коньяк и протянула стакан за следующей порцией.
— Представьтесь, пожалуйста, и назовите остальных моих спасителей, — попросила она.
Кири готова была отхлестать себя по щекам за то, что допустила такую оплошность, и сказала:
— Меня зовут леди Кири Лоуфорд, я сестра герцога Эштона.
Шарлотта пристально взглянула на нее.
— Значит, вы наполовину индианка, как и он? Неудивительно, что вы так красивы и владеете экзотическими приемами борьбы, — с явной завистью сказала она.
Кири покраснела.
— Спасибо, ваше высочество. А что касается двоих мужчин, то один из них — лорд Керкленд, тот, который узнал вас, а второй — мистер Маккензи, владелец клуба «Деймиен». — Она с силой дернула шнур сонетки и села, сосредоточив внимание на своем бренди. — Может быть, вы пожелаете надеть маску, пока не прибыли охранники?
Шарлотта немедленно последовала ее совету.
— Если об этом узнают, будет грандиозный скандал, не так ли? — спросила она.
— Скандал и взрыв всеобщего возмущения, — подтвердила Кири и подумала: принцессу, возможно, слишком уж оберегают от внешнего мира, если она даже не осознает собственного положения в обществе. — Вы гораздо популярнее у народа, ваше высочество, чем ваш отец.
Шарлотта страшно обрадовалась.
— Правда?
Увидев, как Шарлотта радуется своей популярности, Кири ей посочувствовала. Ее родители, принц-регент и его германская кузина, Каролина Брауншвейгская, презирали друг друга и вскоре после рождения Шарлотты стали жить раздельно. Во многих конфликтах между ними их злосчастная дочь использовалась в качестве проходной пешки.