Наконец он согласно кивнул.
— Хорошо. Я скажу Нейлу и Патрику, чтобы они оставили его в покое.
— О нет!
Шеннон вдруг вспомнила, что Алекс остался один, и помчалась к нему, Кейн следовал сзади. Ей уже мерещилось, как Алекс и ее браться дубасят друг друга кулаками, разнося все вокруг.
— Может, поиграем потом в футбол? — сквозь зубы предлагал Нейл, когда она влетела в комнату. Ее брат стоял, скрестив руки, практически нос к носу с Алексом, который принял примерно такую же агрессивную позу.
— Точно, футбол, — согласился Патрик, блеск в его глазах подразумевал, что он не прочь поколотить гостя своей сестры. Чисто «по-дружески», разумеется.
— Никакого футбола! — резко сказала Шеннон.
— Да. — Кейн шагнул между двумя мужчинами. — Никаких игр. Шеннон это не понравится.
— Правда? — Алекс подмигнул ей. Он выглядел так, будто сейчас снова рассмеется, и она почувствовала еще большую любовь к нему — за его понимание.
Затем Шеннон резко повернулась к своим четырем невесткам. Те наблюдали за мужьями со смесью любви и возмущения.
— Вы что, не можете сдержать их? — возмутилась Шеннон.
Жена Патрика, Мэдди, пересадила малыша на другую руку.
— Нет. Боюсь, нам сбыли некачественный товар, — сказала она бодро. — Давайте выпьем немного яблочного вина.
И женщины потащили своих супругов в столовую.
Алекс погладил Шеннон по волосам, пытаясь успокоить ее.
— Разве тебе не полагается сказать, что они не имели в виду ничего плохого?
— Да, но это не оправдание.
— Но это можно понять. — Он знал, почему братья О'Рурк столь враждебны к нему. Это была очень сплоченная ирландская семья, с незыблемыми ценностями, и все видели в Алексе угрозу счастью Шеннон.
Шеннон наконец вздохнула и посмотрела на него.
— По крайней мере, ты не собираешься драпать.
— Не могу же я пропустить обед. Кроме того, не думаю, что смогу оттащить Джереми от твоих племянниц.
— Он действительно выглядит счастливым.
— Как и его отец. Пойдем, тоже выпьем немного этого вина.
Он взял Шеннон под руку, и они пошли в столовую.
Через некоторое время семья собралась вокруг рождественской елки, заполнив каждый угол, — все открывали подарки.
Шеннон, казалось, ожидала чего-то, и когда за окном послышался звук подъехавшей машины, вздрогнула.
— Надеюсь, это еще один рождественский подарок, — сказала она, дотронувшись до плеча Алекса, а затем поспешила в переднюю. Вернулась, однако, не одна — позади нее стояла женщина.
Алекс застыл.
— Внимание, это сестра Алекса, Гейл, — объявила Шеннон, подталкивая ее вперед. — Она только что прилетела из Японии. Гейл, это моя семья. Гейл.