Эвелин ждала, улыбаясь голая, в одних туфлях, соблазнительная до умопомрачения. Но Бирс медлил. В эту минуту лишь одно он знал твердо, одна мысль засела гвоздем в голове и не отпускала: его согласие сделает Джуди больно, в этом он был уверен.
Джуди неожиданно повернулась и направилась к выходу. Хлопнула дверь, в коридоре простучали шаги, потом в отдалении глухо хлопнула другая дверь, и все стихло.
— То-о-ни… — ласково позвала его Эвелин и подразнила кончиком обольстительного розового языка, отвлекая и маня.
— Извините, — скованно пробормотал он, опустив глаза, и потупясь, вышел из зала; чувствовал он себя при этом полным идиотом.
В поисках выхода, Бирс заблудился и побродил немного по дому, прежде чем нашел наружную дверь. Когда он вышел, Джуди сидела в машине, лицо ее смутно белело в темноте за ветровым стеклом. Вероятно, она решила, что он остался и уже собралась уезжать: в тишине зашуршал мотор, свет фар ослепил Бирса.
Он открыл дверцу, молча опустился на сиденье, они выехали на дорогу и помчались по гористой, заросшей густыми высокими деревьями улице, прорезающей ночной Беверли-Хиллс, как тоннель.
— Почему вы не остались? — спросила вдруг Джуди, глядя на бегущую навстречу дорогу; по обочинам с двух сторон стеной тянулись деревья.
— Вы этого не хотели, — без обиняков ответил Бирс.
— Не хотела, — согласилась Джуди. — Возможно, вы совершили ошибку, потом будете сожалеть.
— Конечно, буду, — подтвердил Бирс. — Еще бы! Такая женщина!
— Тогда почему? — с интересом глянула на него Джуди, глаза ее блеснули в полумраке.
— Дурак, — кратко объяснил Антон, а она засмеялась, и им снова стало весело — весело и легко, как всегда, когда они оставались вдвоем.
— Одно только угнетает меня: как она переживет нашу разлуку, огорченно посетовал Бирс.
Джуди засмеялась еще сильней и сбавила скорость:
— Тони, я все-таки за рулем. Могу аварию совершить. Не смешите меня.
— А я серьезно. Меня это волнует. Бедная девушка. Кто я после этого? Гнусный обманщик!
— Успокойтесь. Стэн утешит ее.
— Тем более обидно. Моя девушка и вдруг с чужим мужчиной! Куда это годится? Никогда ее не прощу! Вот уеду к себе в Россию, будет знать. Пусть кукует здесь одна.
От смеха Джуди вынуждена была снова сбавить скорость; они медленно ехали по пустынной улице; словно катались в свое удовольствие.
— Джуди, а вам безразлично, что они остались вдвоем? — вдруг серьезно спросил Бирс с замиранием, потому что не привык вторгаться на чужую территорию.
Однако Джуди отнеслась к вопросу спокойно, Антон даже удивился.
— Знаете, с некоторых пор я стала замечать, что Стэн всегда прав, ответила Джуди. — Наверное, это очень утомительно — быть всегда правым.