Он огляделся, впитывая все вокруг, чего не успел сделать вчера в присутствии ворчливой женщины, ходившей за ним по пятам. Кремовые стены увешаны непонятными ему абстрактными картинами. Современные ковры расстелены на блестящем дубовом полу. Два красных дивана, черная лакированная мебель, большой телевизор, дорогая стереосистема. И незажженные свечи. Десятки, десятки, черт возьми, десятки, в серебряных подсвечниках, в непрозрачных стеклянных розетках, в вазах — она что, свихнулась на религии? Служит черные мессы? Еще один хороший повод покончить с ней. Господь рад будет от нее избавиться.
Потом он увидел прямоугольный стеклянный аквариум на журнальном столике, где кружила золотая рыбка среди какой-то конструкции, напоминающей древнегреческий храм.
— Тебя надо выпустить на свободу, — сказал Обладатель Миллиардного Запаса Времени. — Животных нельзя держать в неволе.
Он побрел к противоположной стене, до потолка заставленной битком набитыми книжными полками. «Брайтонский леденец» Грэма Грина, роман Джеймса Герберта, детектив Наташи Купер, несколько книг Иена Рэнкина.
— Ух ты! — воскликнул он в полный голос. — У нас одинаковые литературные вкусы. Очень жаль, что у нас не случится возможности поговорить о книгах. Знаешь, в других обстоятельствах мы с тобой могли бы стать очень даже хорошими друзьями.
Потом он выдвинул ящик стола. Там лежали эластичные ленты, пачка заранее оплаченных квитанций на парковку, сломанный дистанционный пульт для автоматических дверей гаража, одна батарейка, конверты. Еще покопался, но, не найдя искомого, задвинул ящик. Оглянулся, заглянул еще в пару ящиков — безуспешно. В кухонных ящиках тоже ничего не нашлось.
Рука до сих пор болит, все время жжет огнем, становится только хуже, несмотря на таблетки. И голова болит, постоянно пульсирует, чувствуется небольшая лихорадка, но нет ничего такого, с чем он не мог бы справиться.
Он медленно, не спеша направился вверх по лестнице. Клио Мори только что уехала на работу. Все время в мире в его распоряжении. Если захочет, можно потратить несколько часов.
На втором этаже оказалась маленькая ванная. Напротив — ее комната. Он вошел. Там царил полный хаос. Стены заставлены книжными полками, почти все книги по философии. На письменном столе перед окном с видом на море груды бумаг, среди них ноутбук. Он открывал каждый ящик, трудолюбиво перебирал содержимое, аккуратно закрывал. Выдвинул и задвинул четыре ящика металлической картотеки.
Спальня на следующем этаже, по другую сторону от винтовой лестницы, которая, кажется, ведет на крышу. Он вошел, принюхался к постели. Отдернул покрывало, уткнулся лицом в подушки, глубоко дыша. От запахов сжалось в паху. Он осторожно откинул пуховое одеяло, обнюхивая каждый дюйм простыни. Еще! Еще! Суперинтендентом Роем Грейсом не пахнет. На простыне никаких пятен от семени. Только ее запахи! Только ее… Можно наслаждаться.