— В таком случае, — произнес Энрике, — я не думаю, что будет разумно выбирать тебя моим шафером.
— Я согласен. — Алехандро посмотрел на Джулианну. — Ты лучший рулевой, с которым я имел честь ходить под парусом. Мы будем по тебе скучать.
— Благодарю за предоставленную мне возможность поплавать на яхте. — Она говорила вежливо, словно он был одним из ее наемных работников.
Алехандро захотелось сорвать с ее лица маску Ледяной Принцессы и увидеть реальную Джулианну.
— Удачи в завтрашней гонке, — прибавила она.
— Я знаю, что ты хочешь принять участие в гонке, Джулианна, — сказал Алехандро. — Но лучше всего, если ты вернешься к своим обязанностям и постараешься сделать все самое лучшее для своей и моей страны. Я не представляю…
— Объяснения не требуются, ваше высочество, — высокомерно произнесла она, будто ставя Алехандро на место. — Я знаю свой долг. И всегда знала. Я использовала вас как средство для получения того, чего не будет в той жизни, которую я выбрала. Никаких обид, не так ли?
Каждое ее слово пронзало сердце Алехандро, как кинжал. У него были на нее обиды, которые становилось все труднее игнорировать.
Она его использовала? Ладно. Он тоже ее использовал, чтобы выиграть гонки.
В следующий раз, когда они встретятся, будут смотреть друг на друга вежливо и станут вести бессмысленные разговоры.
— Верно. — Алехандро поклонился. — Я желаю вам большого счастья. Вам всем.
После этих слов он собрал сумку, взял Носка и покинул дворец с таким ужасным чувством на душе, какого не испытывал за всю жизнь.
Удовлетворенные беседой короли удалились в библиотеку, чтобы выпить коньяку. Джули осталась в гостиной с Энрике. Он захотел поговорить с ней наедине.
Ей хотелось кричать и плакать, но она старалась не показывать своих истинных эмоций. Так она поступала всю свою жизнь, за исключением того времени, которое провела с Алехандро. Хождение под парусом и строительство замков на песке были лучшими периодами в ее жизни.
— Я понимаю, насколько легко, должно быть, увлечься парусным спортом, но я должен знать… — Энрике поднялся с дивана, обтянутого узорчатой тканью. Он возвышался над сидящей Джулианной. Энрике поджал губы в тонкую линию. — У тебя был секс с моим братом?
Его вопрос прозвучал как приказ.
Джули понимала, что ее жизнь на острове будет лучше, чем жизнь в Алиесте, но не намного. Энрике заботился только о себе. Она всегда будет продолжением его персоны и будет находиться под его контролем.
Она вздернула подбородок:
— У меня не было секса с Алехандро.
Напряжение на лице Энрике исчезло.