Незаметно спустились сумерки, в бархатном небе бриллиантами вспыхнули первые звезды. Как по команде, зажглись фонари, и лужайка, уставленная столиками, приобрела особую, романтическую прелесть. На какое-то время все притихли, слушая стрекот цикад и далекий, еле слышный рокот ночного прибоя.
И тут откуда-то из глубины сада полилась музыка. Приглашенный оркестр ударил в смычки, наполнив душистый воздух звуками томной мелодии.
Жерар подал руку Чарити и ввел ее в круг танцующих. Какое-то время она смущенно переминалась с ноги на ногу, не сразу уловив ритм незнакомого танца, но вскоре уже весело кружилась вместе со всеми, И только когда настала очередь вальса, Чарити привычно отпрянула, почувствовав на талии руку Жерара.
— Не надо, — неожиданно мягко попросил он, склоняясь к ее лицу. — Зачем портить такой день?
Чарити смутилась и уступила. Двигаясь в такт музыке, она с трудом заставляла себя побороть дурманящее блаженство, разливающееся по телу от близости Жерара. Сложнее всего оказалось сопротивляться желанию обвить руками его шею и найти губами его плотно сжатые губы.
Ну почему мир устроен так несправедливо? — в который раз подумала Чарити, закрывая глаза. Жерар обожает свою бабушку. Он искренне привязался к Полин. Так почему же он не может полюбить меня?!
— Ты самая красивая невеста, которую мне довелось видеть, — услышала она горячий шепот возле самого лица. — Счастлив будет тот, кому ты станешь настоящей женой.
Но я хочу, чтобы это был ты! — хотелось крикнуть Чарити. Я люблю тебя и, кроме тебя, мне не нужен никто на свете! Но разве могла она сказать об этом?
— Жду не дождусь этой минуты! — сладко пропела она, надеясь, что причиняет Жерару не меньшую боль, чем та, от которой разрывалось ее сердце.
Он не успел ответить. Откуда-то из темноты вынырнула приземистая фигура Изабелль. Верная служанка бесцеремонно схватила хозяина за рукав и что-то взволнованно заговорила по-французски. Жерар замер. Руки его упали с талии Чарити и безвольно повисли вдоль тела.
— Что случилось? — встревожилась Чарити. — Что-то с Полин?!
Не удостоив ее ответом, Жерар молча отстранил ее и направился к столику дядюшки Жака. Старик вскочил, отшвырнув стул, и скорбно опустил седую голову. Через минуту он, сгорбившись, прошаркал в центр лужайки, обвел глазами веселящихся гостей.
— Дамы и господа, — глухо сказал он, — у нас большое горе. Анна де Вантомм скончалась. Праздник окончен.