Новиков со своим небольшим отрядом находился в середине двигавшегося к Оттербакену войска Сиверса, выполняя функции охраны «серных мортирщиков». Это название закрепилось за артиллеристами-наемниками, чья работа помогла окончательно сломить дух защитников Гетеборга и вынудила гарнизон сдаться на милость короля Кристиана. Датский монарх был невероятно доволен, получив известие о падении единственной шведской крепости на западном побережье. Прибыв вскоре после этого в Гетеборг, он с нескрываемой радостью принял в магистрате ключи от города и, находясь в центральной церкви, освященной в честь прежнего короля Густава II Адольфа, милостиво выслушал присягу горожан датской короне, объявил жителей новоприобретенной провинции своими подданными и с этого момента запретил солдатам и наемникам грабежи и насилие над шведами.
После докладов генералов о ходе осады и, отдельно, о ее скоротечном окончании, что случилось благодаря сильной панике гарнизона и жителей города, учиненной клубами зловонной серы, король нашел время лично поблагодарить и наемников-мортирщиков из далекой Сиберии. В ходе короткой беседы Кристиан все же намекнул на не совсем богоугодный способ достижения победы. Но далее хулить артиллеристов монарх не стал, ибо слишком уж велик был полученный им приз.
Небольшой городок Тролльхэттен, в который шел из Гетеборга армейский обоз, сопровождаемый двухтысячным отрядом драгун, стал для Василия поистине счастливым. Драгунский капитан Регнер Торбенсон, руку которого спас от ампутации медик Екишев, посоветовал своему полковнику пристроить сибирских наемников к шотландской полуроте, которая сопровождала мортирщиков с момента их появления в порту. Полковник обратился к генералу Сиверсу, и вскоре новоиспеченных охранников Торбенсон лично привел к располагавшимся на окраине городка артиллеристам.
Едва Новиков вошел на двор одного из каменных домов, как откуда-то сверху донесся радостный вопль:
— Новиков! Сукин кот! Жив?!
— Афоня! — вскричал Новиков, чуть не задохнувшись от внезапно нахлынувшей радости, и бросился к крыльцу, по ступеням которого уже гремел сапогами капитан Афонин, сбегая вниз.
Товарищи крепко обнялись под восторженные возгласы стрелков и мортирщиков, улыбки удивленных датчан и робкие взгляды шведов. Александр Афонин, командовавший батареей мортир, был отправлен по приказу короля Кристиана под Гетеборг, чтобы участвовать в осаде крепости. Именно заряды этой батареи и сыграли решающую роль на заключительном этапе осады.
Вечером, когда все организационные вопросы были улажены, ангарцы стали собираться группами на ужин, рассаживаясь на вытащенных во двор лавках за сдвинутые столы. Как обычно, состав блюд не радовал разнообразием — в глиняных мисках было навалено жареное мясо, птица, разложена каша, даже не заправленная маслом, лежал горками репчатый лук да белели вареные яйца.