— Я быть Иак, а он быть nosso[19], шаман и великий вождь Менгке… — сказал молодой мужчина на ломаном испанском языке, показывая сначала на себя, а затем на старика, — и мы приветствовать вы в наш деревня…
— Спасибо, — поспешил ответить профессор. — Мы тоже очень…
Иак не дал ему договорить, прервав его энергичным жестом.
— Но вы не мочь находиться здесь, — заявил он, а затем, показав рукой в сторону выхода, добавил: — Менгке говорить, что вы нужно уходить из nossa[20] деревня. Сейчас.
Уж чего-чего, а такого я от этих туземцев никак не ожидал.
Слегка опешили от такого «гостеприимства» и профессор с Кассандрой. Касси, впрочем, первая пришла в себя и спросила:
— А почему?
Иак с почтительным видом наклонился к старику и перевел ему этот вопрос.
Старик произнес несколько непонятных нам фраз, которые он, однако, сопроводил весьма выразительными жестами: сначала поочередно показал рукой на нас троих, затем показал на себя самого и, наконец, положив себе ладонь на грудь, высунул язык и наклонил голову в сторону.
— Vocês[21] — прóклятые, — стал переводить его слова Иак. — Если branco[22] человек оставаться в деревня, мы умирать.
Я с ошеломленным видом повернулся к своим спутникам и спросил:
— Он и вправду сказал такую ерунду или мне послышалось?
— Насколько я его понял, — ответил профессор, удивляясь не меньше меня, — мы — прóклятые и если останемся в деревне, то их всех убьем.
— Что за чушь! — вспылил я. Повернувшись затем к переводчику, я уже более спокойно сказал: — Скажите шаману, что мы не прóклятые, что мы не собираемся никого убивать и что…
— Ану ароа манья! — нетерпеливо перебил меня старик. — Та уарэ ме илае ла алекэ ану!
— Менгке говорить, что все brancos[23] приносить enfermidade[24]. Если вы оставаться, мы тоже заболеть и умирать.
— А-а, теперь я понимаю, — заявила Кассандра. — Они хотят сказать — и они, кстати, правы, — что мы, белые люди, являемся переносчиками болезней, которые могут оказаться для них смертельными. И если мы останемся здесь, они рискуют заразиться…
— Минуточку! — перебил Кассандру профессор. — Он имеет в виду болезни, которые белые люди заносили сюда из Европы в эпоху конкистадоров? Но ведь с тех пор прошло уже несколько столетий!
— Да, прошло, но ситуация почти не изменилась. У тех племен, которые не контактируют с белыми людьми, еще не выработался иммунитет от многих инфекционных заболеваний, которые ходят-бродят по остальному миру. Даже самый обычный насморк может привести к гибели аж половины этой деревни.
— А если мы пообещаем им, что не будем ни на кого чихать? — усмехнувшись, предложил я.