Рада кивнула. Именно то же говорила ей наставница.
На исходе зимы Тарелу начали беспокоить странные ощущения. Временами она чувствовала тяжелый взгляд со стороны, хотя вокруг никого не было, а порой окружающий мир казался нарисованным на тонкой ткани. Тарела вздыхала и отгоняла от себя дурные предчувствия, но как ведающая понимала, что грань, отделяющая ее от какого-то чуждого для людей мира, становится все тоньше. Потом появились сны. Сперва они вызывали просто ощущение безотчетного ужаса из-за враждебного присутствия чего-то, чему она не знала названия. Постепенно это присутствие начинало ощущаться все отчетливее, и нечто, воспринимаемое как голоса, стало требовать у нее отдать, точнее, вернуть Лорну, для чего Тарела должна была отказаться от девочки.
За эти годы ведающая узнала о появлении «гостей» все, что смогла, и теперь не питала иллюзий в отношении своей судьбы, но это не смогло поколебать ее решимость выполнить свой долг перед приемышем и перед миром так, как она его понимала. Пришла ли Лорна в этот мир по своей воле или ее привели Высшие, но никто не имел права мешать ее девочке идти своим путем, и ведающая решила бороться до конца.
Знахарка сопротивлялась как могла, но к весне поняла, что заболевает и надеяться на выздоровление бессмысленно, если она не согласится отдать Лорну. При этом Тарела понимала, что неведомые голоса лукавят — девочка действительно принадлежала к той стороне мира, но она не принадлежала к ним.
Когда на деревьях стали набухать почки, знахарка начала осознавать, что проигрывает бой — скоро она умрет, и девочка останется совсем без защиты. Правда, за последние три года Лорна, вопреки счету прожитых здесь лет, стала выглядеть и соображать, как девочка лет двенадцати-тринадцати, но этого было слишком мало, чтобы отпустить ее в самостоятельную жизнь, особенно с учетом того, что за ней охотятся те, кто хочет оборвать ее путь на этой земле. И знахарка лихорадочно начала искать выход, чтобы защитить свою подопечную.
Со стороны казалось, что Тарела большую часть времени находится без сознания или в бреду, но на самом деле она в это время пребывала своим сознанием где-то посредине между жизнью и смертью. Очень многое, что прежде было недоступно ее, да и не только ее пониманию, стало простым и логичным. Вот только поделиться этим знанием умирающей ведунье было не с кем. Другие ведающие стали обходить ее жилище тридесятой дорогой, да и не стала бы Тарела говорить им многое из того, что узнала, а воспитанница была еще слишком мала.
Знахарка согласилась бы променять свою жизнь на жизнь Лорны, но не знала, как это сделать. Темные тени, которые клубились вокруг нее, иногда намекали на то, что согласны забрать к себе Тарелу вместо ее воспитанницы, однако их обещания не внушали доверия. Хотя если бы ведающая была уверена в их честности, то согласилась бы даже на такой обмен, даже осознавая, что ее душа навсегда останется там.