— Пока дела идут согласно плану, нет.
— Какому плану?
— Он подписал со мной договор.
— Какой договор?
— Он не предъявит тебе обвинения, пока я делаю то, что он говорит. Но продлится это недолго.
— Он шантажирует тебя?
— Можно назвать и так.
— О боже, это моя вина!
В первый раз Мэдисон услышала в голосе брата нотки угрызения совести и даже обрадовалась.
— Не беспокойся. У меня есть рычаги давления; я знаю, как обращаться с людьми, подобными Деметриусу Пакису.
— Что он от тебя хочет?
— Чтобы я вышла за него замуж.
— Замуж за него?! — Кайл задохнулся от неожиданности. — Ты?!
Ей стало неприятно. Брат искренно удивляется, что кто-то, пусть даже и плейбой Пакис, испытывает желание связать свою жизнь с ней. Почему, разве она настолько плоха?
— Не знаю, чему ты удивляешься, зеркал я не разбивала, — резко ответила она.
— Я не имел в виду это, — Кайл словно извинялся. — Я имею в виду, почему он вообще женится? Он не создан для супружеской жизни.
— Ему нужны семейные отношения для прикрытия, — объяснила Мэдисон. — Или он так мне сказал. Я должна стать «счастливой женой», чтобы обеспечить ему подходящее алиби, а он в это время будет развлекаться с теми, кто ему по-настоящему нравится.
— И ты согласна?
— У меня нет выбора. Когда ты потопил его яхту, именно с ней на дно ушла и моя свобода.
— Мне очень жаль, Мэдди. Но я все улажу. Буду усердно работать и достану денег на жилье где-нибудь в сельской местности, где он нас не сможет найти.
— Я не собираюсь бегать от таких людей, как Пакис, — твердо сказала девушка.
— Ты молодец, сестренка!
Мэдисон улыбнулась, заслышав в голосе брата неподдельное восхищение.
— А ты братишка-глупышка, — ласково сказала она в трубку.
В полседьмого вечера Мэдисон стояла в спальне перед зеркалом в полный рост, придирчивым взглядом оценивая свой наряд.
Она перерыла весь гардероб и нашла костюм, который пару лет назад надевала на «Бал легкомысленных девушек». Короткая обтягивающая юбка, черные сапоги до колен, веселенькие ажурные чулки, и тесный, на три размера меньше, чем нужно, черный топ с проглядывающим сквозь ткань кружевным вызывающим лифчиком.
Макияж тоже не отличался скромностью — ярко красный блеск, наложенный неумелой рукой, ультра синие тени. Толстая карандашная линия вокруг глаз придавала ей сходство с енотом.
Она зло усмехнулась, изучив свое отражение — настоящая проститутка!
Звонок раздался ровно в семь, и, собрав все мужество в кулак, девушка отправилась открывать дверь.
Увидев ее, Деметриус даже бровью не повел.
— Готова?
Ветер явно изменил ее парусам, поэтому выбора не было — оставалось лишь кивнуть и проследовать за ним к машине.