— Наташа? — Марина замялась. — Она уволилась.
— Как? — удивился учитель. — Почему?
Марина пожала плечами:
— Я ведь еще в отпуске. Завтра выйду на работу, что-нибудь узнаю.
— А ты ей не звонила, тете Наташе? — спросил Митя.
— Звонила, разумеется. Ее муж и сообщил эту новость. Сказал, что Наташа уехала в Новгород. По путевке. Скоро вернется и сама обо всем расскажет. Она вам понравилась? — Марина повернулась к Юрию Максимовичу.
— Да, симпатичная женщина. Но вы мне больше нравитесь, — улыбнулся он. — Ну что, орлы, наелись? Можно приступить к раздаче слонов?
— Йес! — вскричал Санечка.
Юрий Максимович достал из пакета набор дорогих гелевых авторучек.
— Это тебе, Саша. Поздравляю тебя с началом учебного года.
— Спасибо, Юрий Максимович! Классные ручки! Здоровский подарок.
— Рад, что тебе понравилось. И хочу сказать, что девятый класс — это очень ответственно. Это, по сути, выпускной класс. Чем ты собираешься по жизни заниматься?
— Компьютерами! Компьютерной графикой. Это очень перспективно!
— Что ж, хорошо, когда у человека ясная цель впереди. Митя, а тебе альбом. Итальянская живопись эпохи Возрождения. Возьми!
Митя, наблюдавший за учителем со странной полуусмешкой, не двинулся с места. Юрий Максимович поднял на него холодный взгляд. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга.
«Как боксеры на ринге», — пронеслось в мозгу Марины.
— Митя, что же ты? Возьми. Посмотри, какой прекрасный подарок! — глядя на бледное лицо сына, она пыталась сгладить возникшую за столом неловкость.
— У меня руки грязные. Я потом посмотрю.
— Так иди и вымой! — резко произнесла Марина.
Митя поднялся и вышел из комнаты.
— Не знаю, что с ним происходит, — пожаловалась женщина. — То все нормально, а то вдруг озлобленность такая...
— Не обращайте внимания — переходный возраст, — одними губами улыбнулся Юрий Максимович.
— А когда он начинается? — встрял Саша.
— А что? — Марина повернулась к младшему сыну.
— Когда мне можно будет выкаблучиваться? Со ссылкой на переходный возраст? Можно, я завтра же и начну?
— Попробуй только! — вскричала женщина. — Мало мне Митьки! Вы меня с ума сведете!
— Ладно, я к себе, можно?
— Иди, чудо мое. Спасибо матери, конечно, никто не скажет.
— Кто-нибудь да скажет, — откликнулся Саня и исчез.
— Эти дети — гвозди в крышку моего гроба, — вздохнула Марина.
— Ну-ну, не преувеличивайте. Они у вас отличные ребята.