После этого разговора мужики по-настоящему впряглись в работу и стали мне незаменимыми помощниками, без которых я бы и половины своих планов не выполнил.
Так с Божьей помощью и упорным совместным трудом мы двигали технический прогресс к новым высотам. Помощники достались мне толковые, и рутинную кузнечную работу я переложил на их плечи, а сам занялся в основном токарной обработкой и изготовлением оснастки и шаблонов.
На первый работоспособный образец ушло полторы недели работы с утра до ночи, и хотя стрельбы сразу же выявили кучу недостатков в конструкции, но ружье все-таки стреляло. Еще через неделю «дефендер» был доведен до ума, и его можно было запускать в серию. Производство оружия шло параллельно с совершенствованием станочного парка, изготовлением оснастки и необходимого инструмента, поэтому тридцать пять ружей с тремя запасными барабанами каждый и полусотней патронов на ствол были изготовлены меньше чем за два месяца.
Латунные гильзы точил на старом станке Прохор, а я занимался капсюлями, стволами и барабанами на более продвинутом новом станке. Новый станок уже имел бронзовый ходовой винт для нарезки резьбы и автоматическую подачу. Приводом служил массивный деревянный маховик по типу дрезины, который вращали двое мужиков.
К 14 сентября[7] 1462 года, когда православная церковь отмечает праздник Воздвижения, работы над стрелковым вооружением боярской дружины были в основном закончены, и дружина сразу приступила к стрелковой подготовке. Пробные стрельбы проводились на пяти «дефендерах» первого выпуска уже почти две недели, но к планомерному обучению бойцов я пока не приступал.
Чтобы не беспокоить жителей Вереи, стрельбище было организовано в лесном овраге, и теперь там с утра до вечера тренировались мои бойцы. Грохот стоял непрерывный, и я не жалел патронов, чтобы дружина научилась пользоваться непривычным оружием. Поначалу деревенские парни стреляли закрыв глаза и отвернувшись в сторону от мишени, но постепенно страх перед огнестрелом прошел, и вскоре на расстоянии в пятьдесят метров все без исключения дружинники попадали в двадцатисантиметровый круг, ну а те, кто промахивался, бодро наматывали многокилометровые круги у стрельбища.
Однако в первой половине октября зарядили дожди, и стрельбы пришлось прекратить. Чтобы солдат не скучал от безделья и не маялся дурью, я озадачил личный состав пошивом новой формы одежды и обуви. За образец была взята моя спецовка, в которой я перенесся из двадцать первого века в пятнадцатый, со значительным упрощением покроя. Она была китайским подражанием натовскому камуфляжу и высоким качеством не отличалась, однако стоила копейки и для выкройки вполне годилась.