Кваканье лягушек, похоже, совершенно усыпило мою бдительность.
Уж слишком не вязалась убогость близлежащей Камышовки и всего деревенского пейзажа с современными техническими новинками – в голове как-то все это не хотело укладываться.
Я начала злиться по-настоящему.
– Я-то, может быть, и ничего девочка, – сказала я, обращаясь в говорящую темноту. – Мне про это многие говорили. А вот ты, наверное, редкий урод, раз прячешься и боишься показаться на глаза… девушке.
В темноте снова послышался смех.
– Урод! Чудище болотное! – выкрикнула я бессильно.
Снова ответный взрыв смеха.
– Эй, долго ты будешь надо мной издеваться? Где ты там прячешься?
И тут мне почему-то и самой сделалось смешно: в жизни не попадала в более идиотскую ситуацию, честное слово!
Казалось, все прочитанные когда-то сказки – начиная с «Аленького цветочка» с его чудищем-невидимкой до «Алисы в Стране чудес», которая тоже не удержалась и из любопытства отхлебнула вовсе не из той бутылочки, из которой следовало, решили сегодня повториться, но уже со мной.
А в сказках не бывает страшно – обычно они хорошо заканчиваются!
Я чувствовала, что тот, кто притаился в темноте, ждет не дождется, когда же я начну скулить, просить о снисхождении, жаловаться, умолять меня выпустить, но мне вовсе не хотелось доставлять ему такого удовольствия.
– Скорее всего, дверь теперь закрыта, и я не могу отсюда выйти? – спросила я почти весело. – Эй, урод!
– Скорее всего, – осторожно ответил мне голос.
– Стрелять, звать на помощь – тоже бесполезно?
– Похоже. Кто тебе велел соваться в мою мастерскую?
– Похоже, ты болотный маньяк или какой-нибудь местный вурдалак? Ладно, хватит придуриваться – включай свет, я в морге и не такое видела. Давай поговорим по-человечески, а?
Случилось то, на что я не очень-то рассчитывала, – в комнате загорелся свет, и я смогла убедиться, что зал, в котором я находилась, был действительно огромных размеров и стилизован под средневековую старину.
Да, видимо, хозяин коттеджа был с большим приветом.
Я вспомнила нижнюю комнатку с самоваром и декоративными лаптями на гвоздике, затем – компьютерную комнату с белыми стенами в стиле «а-ля двадцать первый век», наконец, этот зал, заполненный всякими странными вещами, и не смогла сдержать улыбки.
Наверное, этот урод, который сейчас наблюдал за мной через глазок видеокамеры, слегка опешил, увидев, что я смеюсь.
Ну и пусть!
– Садись! – приказал все тот же голос.
Я огляделась по сторонам.
Единственное место, на которое можно было присесть, оказалось большим кожаным креслом, стоящим в центре зала, – по-видимому, чтобы клиента было хорошо видно со всех сторон.